Добро пожаловать, Гость
Логин: Пароль: Запомнить меня
  • Страница:
  • 1

ТЕМА: Наша цивилизация. Место зарождения.

Как древние делали стекло! (Стекло, соль, железо). 28 янв 2018 22:15 #760

Как древние делали стекло! (Стекло, соль, железо).

Сейчас я с большой долей уверенности, что реальность на горизонте, могу рассказать о технологии производства стекла.
Самое первое стекло, вероятно, получено как попутный продукт металлургических процессов. Следующим шагом было отделение процесса получения стекла от металлургии. Вот здесь и возникает вопрос о получении так называемого зеленого (лесного) стекла. И какова его физико-химическая основа, позволившая низкотемпературное получение стекла.
До нас дошли рецепты состава зеленого стекла. В начале 19 века были переведены две немецкие книги. Одна из них – «Химические основания ремесел и заводов: Часть I», автор Гмелин Иоганн Фридрих, издана в С-Петербурге, Императорская Академия Наук, 1803 год. Переводчик Севергин Василий Михайлович. В ней приведены два следующих рецепта:

«1 Зеленое бутылочное стекло.
Песку 120 фунтов, поташу 50 фунт. Поваренной соли 10 фунт, мышьяку 5 фунт, марганцу 10 лотов.
2 Обыкновенное стекло для окон.
Песку 60 фунт, поташу 25 фунт, поваренной соли 10 фунт, селитры 5 фунта, мышьяку 2 фунт, марганцу 3 лота».


Вторая книга - Фердинанда Гизе – «Всеобщая химия для учащих и учащихся, часть третья. О металлоидах, их окисях и кислотах». С немецкой рукописи переведена Василием Комлишинским, Доктором и Адьюнктом физики при Императорском Харьковском Университете. В Харькове, в Университетской Типографии, 1814 года. В ней даны также два рецепта:

«Предписание для делания различных родов стекла.
Зеленое бутылочное стекло: 130 фунтов обыкновенного песку, 100 фунтов древесной золы, 10 фунтов поваренной соли; или песку 130 фунтов, 80 фунтов древесной золы, 25 фунтов поташа, и 5 фунтов поваренной соли; или 4 части песку и 3 части мыловаренного остатка.
Обыкновенное зеленое стекло для окон: 60 фунтов песку, 25 фунтов поташа, 10 фунтов поваренной соли, 5 фунтов селитры, 2 фунта мышьяка и ¼ фунта марганца».


Здесь выделено наличие поваренной соли в составе шихты для варки стекла, хотя во второй книге имеем вот такое замечание:

«Равным образом вместо натра или поташа употребляли (по крайней мере, отчасти) и поваренную соль, основание коей, так как и Глауберовой соли, есть натр. Но вследствие новейших опытов Гелена кварц и поваренная соль, находясь в приличном калильном огне, не плавятся, и даже равные количества кварца, поваренной соли и углекислой извести, хотя и расплавились, но произвели совершенно непрозрачную стекловатую массу.
Из сего следует, что не весьма справедливо при делании стекла советовали употреблять примесь поваренной соли, как вещества дешевого (по крайней мере, в некоторых местах). Причина малой годности поваренной соли на делание стекла состоит в том, что кислота сей соли при калении с сухой кремнистой землей не так удобно отделяется, как кислота Глауберовой соли, разве в том только случае, когда при сем участвовать будет вода, чего здесь сделать нельзя».


Посмотрим, что говорят более ранние авторы. Начнем с Георга Агриколы, его книга впервые издана в 1556 году, под рукой имеем перевод, изданный в 1986 году. В этой книге дается развернутый рецепт состава шихты для плавки:

«Стекло изготовляется из плавких камней и солей (застывших растворов), а также из других веществ, соединяющихся с названными в силу естественного сродства. Следует отдать предпочтение плавким и притом светлым и прозрачным камням, поэтому лучшим исходным сырьем считают кристаллы. Как пишет Плиний, из кристаллов, предварительно измельчив их, в Индии приготовляют стекло, которое настолько прозрачно, что никакое другое стекло не идет с ним в сравнение. Второе место занимают камни, не обладающие твердостью кристаллов, но почти такие же светлые и прозрачные, и, наконец, на третьем месте находятся камни, хотя и светлые, но не прозрачные. Камни следует сначала обжечь и раздробить в толчее и затем просеять.
Если стекловары находят крупный или тонкий песок поблизости от устья реки, они сберегают труд, затрачиваемый на обжиг и дробление.

Что касается солей, то в первую очередь употребляют соду, далее белую и прозрачную каменную соль и, в-третьих, соль, образующуюся из щелока, который получают из золы растения антиллиум и других соленых трав. Некоторые ценят последнюю соль больше, чем названные выше. Две части крупного или тонкого песка, приготовленного из плавких камней, смешивают с одной частью соды, каменной соли или соли, полученной из трав. К этому прибавляют небольшие кусочки магнита. Как прежде, так и в наше время верят в необыкновенную способность магнита притягивать к себе жидкие составные части стекла, подобно тому, как он притягивает железо. Он очищает притягиваемое вещество и превращает зеленое и желтое стекло в белое. Сам магнит при этом поглощается огнем.

Если не располагают названными солями, берут две части золы разных видов дуба, а если его нет, то бука или сосны и смешивают их с одной частью крупного или тонкого песка. Добавляют немного соли, добытой из рассола или морской воды, и небольшой кусок магнита. Из этого сырья получается менее светлое и менее прозрачное стекло».


Как видим, рецепт предлагаемый Георгом Агриколой содержит в первом случае каменную соль, правда не расшифровывая, что под ней подразумевается. Если под каменной солью подразумевается поваренная соль, то она должна была использоваться вместе с одним из двух других, но не отдельно. Хотя во втором рецепте четко написано добавить поваренной соли из рассола или морской воды. В этом смысле можно считать, что рецепты 19 века и 16 однотипные и позволяют получить зеленое стекло.

Вопрос с магнитом требует отдельного рассмотрения. Здесь пока только приведу цитату из Плиния Старшего в переводе Тароняна:
«Вскоре, поскольку ловкость изобретательна, перестали довольствоваться примешиванием нитра, стали добавлять и магнитный камень, так как считается, что он притягивает к себе и жидкое стекло, как он притягивает железо. Подобным же образом стали плавить различные блестящие камешки, потом раковины и выкапываемый песок».

И следующий комментарий самого Г.А. Тароняна:

«Однако в данном случае Плиний, как видно по тексту, считает этот «магнитный камень» магнитом, так как упоминает о том, что он «притягивает железо». Передаваемое Плинием мнение о том, что магнитный камень притягивает и жидкое стекло (liquorem vitri — букв.: «жидкость стекла»), считается небылицей. Подобное мнение о притягивании магнитом, например, воды, встречается в античной литературе (III в. н.э.)».

Получаем любопытный вариант, с одной стороны авторы в один голос говорят о добавке в шихту поваренной соли с другой стороны специалисты в лице Брокгауза и Ефрона утверждают:
«Поваренная, или морская, соль, нередко вводимая в состав Стекло массы, не способна образовать с кремнеземом силикат, так как при условии, которое существует при плавке стекла (отсутствие паров воды), она не разлагается, а только плавится и испаряется, а потому полезное действие поваренной соли, как плавящейся ранее образования стекла, можно объяснить тем, что она в расплавленном состоянии заполняет промежутки порошкообразного состава и тем способствует передаче тепла; кроме того, покрывая поверхность плавящейся массы, препятствует частью улетучиванию щелочей из состава; в присутствии окиси железа поваренная соль при высокой температуре вступает с нею в реакцию с образованием летучего хлорного железа, а потому ей можно приписать частью роль обесцвечивающего вещества (в этом случае с образованием силиката). Количество поваренной соли в составе Стекло массы доходит до 6-7%. Употребление ее в стеклоделии ныне значительно уменьшилось».

То есть, добавление поваренной соли в шихту практической пользы практически не приносит.
Возникает первый любопытный парадокс, вроде соль и не нужная вещь, а ее все равно кладут в шихту!!

Попробуем разобраться, в чем же дело.

Современная наука утверждает:

«Важнейшим условием является температура в печи. Повышение температуры на 100–150C ускоряет силикатообразование примерно в 2 раза, особенно при варке стекла из сульфатной шихты.
Скорость силикатообразования возрастает с увеличением реакционной удельной поверхности компонентов шихты, то есть с возрастанием степени их измельчения. С увеличением удельной поверхности компонентов в 5 раз скорость реакций приблизительно удваивается.
Так как реакции в шихте резко ускоряются с момента появления расплава, то очень важно, чтобы последний образовался при возможно более низкой температуре. Этого можно добиться, увеличив количество компонентов в шихте стекла. Особенно полезны небольшие (около 1 %) добавки ускорителей варки стекла (хлоридов, фторидов, боратов, аммонийных солей и др.), которые образуют с компонентами шихты нестойкие промежуточные продукты и эвтектики, плавящиеся при температуре на 80–100 C ниже, чем эвтектики основных солей шихты».

С. Г. Власова. Основы химической технологии стекла. Екатеринбург. 2013. Издательство Уральского университета. Стр.15
elar.urfu.ru/bitstream/10995/28832/1/978-5-7996-0930-6_2013.pdf

С этой точки зрения, при производстве древних стекол, с приведенными выше рецептами, хлорид натрия, скорее поваренная соль, полученная из рассолов, является идеальным ускорителем процесса древнего стекловарения. На что и как воздействует обычная соль хорошо описано в книге М. А.Безбородова (Химия и технология древних и средневековых стекол. Минск. 1969. Стр. 91-93.)

«Именно благодаря совокупности различных явлений, кроме плавления, можно получить расплавленное стекло из смеси. Важнейшее среди них - взаимодействие между ее составными частями. Оно начинается еще при низких температурах, когда вещества находятся в твердом состоянии. Так, например, еле заметная реакция в твердом состоянии между карбонатом натрия (Na2CO3) и кремнеземом (SiO2), начинается около 300°С, задолго до их плавления. Позже, когда одно из веществ расплавится, скорость реакции значительно возрастает, в расплавленном состоянии реакции протекают быстрее. Наиболее энергично реакция между Na2CO3 и SiO2 идет при 720–900°С, по уравнению

Na2CO3 + SiO2 = Na2SiO3 + CO2.

Практически реакция завершается даже раньше благодаря присутствию в шихте некоторых других компонентов, в частности CaCO3.
Реакционная способность, т.е. способность вступать во взаимодействие с другими телами, различна у каждой пары веществ; она зависит, кроме того, в сильной степени от температуры. Повышение ее, как правило, ускоряет реакции. Но имеются вещества, которые практически вовсе не реагируют между собой. Для стеклоделия очень важно знать, в каких взаимоотношениях между собой находятся составные части шихты и, в первую очередь, с главным компонентом ее - с песком.

При варке стекла наиболее энергично реагируют с кремнеземом углекислые соли; это относится, прежде всего, к карбонатам натрия и калия. Нельзя сказать того же о сульфатах и особенно хлоридах. Они вступают во взаимодействие с кремнеземом, наоборот, лишь при особых условиях. Хлористый натрий (NaCl, поваренная соль) практически не взаимодействует с кремнеземом в стекловаренной печи. Исследования показали, что NaCl реагирует с SiO2 лишь в присутствии паров воды (во влажной среде) еле заметно — при 600°С и очень слабо — при 1000°С по уравнению:

SiO2 + 2NaCl +H2O = Na2SiO3 + 2HCl.

В результате реакции образуется силикат натрия — простейшее силикатное стекло.
Так как в стекловаренной печи не может существовать влажная среда, то хлористый натрия нельзя рассматривать как компонент шихты, с которым кремнезем мог бы образовывать стекло. Но хлористый натрий имеет другую особенность, ценную для стеклоделия: он плавится при сравнительно низкой температуре — 801°С. Еще сто лет назад Д. И. Менделеев подчеркивал, что «поваренная соль легко плавится, оттого она, будучи примешена к массе (имеется в виду масса шихты. М. Б.), делает ее жидкою при слабом жаре».

Кроме того, хлорид натрия способен образовывать с углекислым натрием так называемую «эвтектику», т. е. легкоплавкую смесь, которая плавится при более низкой температуре, чем каждый из компонентов в отдельности. Температура образования эвтектики 638°С, на 217°С ниже, чем плавление углекислого натрия — основного компонента шихты (851°С). Значение эвтектики заключается в том, что она образует в шихте участки жидкого вещества, которое, как говорилось ранее, вызывает, ускорение процесс варки. Однако содержание хлористого натрия в шихте должно быть не более 1,5–2,0 %. Экспериментальные исследования и проверка в производственных условиях показали, что в этих количествах он играет положительную роль, в противном случае затрудняется процесс образования гомогенного стекла. На русских стекольных заводах в начале XIX века к шихте намеренно добавляли 2 % поваренной соли.

Изучая процессы варки стекла при помощи радиоактивных изотопов, С. Линдрот показал, что хлористый натрий понижает «температуру плавления» шихты стекла Na2O — CaO — SiO2 на 100°С.
В случае избытка хлористого натрия в стекольной смеси он всплывает из нее при варке наверх в виде жидкого расплавленного слоя, который не смешивается с расплавом стекла в однородную массу и плавает над ним, как масло на воде. Если вязкость расплава слишком велика, то хлористый натрий остается в нем в виде комочков, не смешиваясь с ним и препятствуя образованию гомогенного стекла. Растворимость хлористого натрия в стекле очень ограничена и, как показали в 1939 г. Х. М. Батезон и В. Э. С. Тернер, не превышает 2,34 % для стекол обычного промышленного типа. В египетских стеклах XVIII династии В. Гайльман и сотрудники обнаружили максимальное содержание хлора 1,17 %, (что соответствует 1,93 % NaCl в шихте), а в римских стеклах из Заальбурга — 1,18 % Cl (т.е. 1,95 % NaCl в шихте)».


Первое замечание М. А. Безбородова:

«Оно начинается еще при низких температурах, когда вещества находятся в твердом состоянии. Так, например, еле заметная реакция в твердом состоянии между карбонатом натрия (Na2CO3) и кремнеземом (SiO2), начинается около 300°С, задолго до их плавления».

Данное замечание перекидывает мостик к рассказу Плиния об изобретении стекла, а 300°С это температура, которая вполне достигается в костре.

Имеем два перевода рассказа Плиния на русский язык.
annales.info/ant_lit/plinius/36.htm

«LXV.191. Считают, что тогда они и затягиваются морской едкостью, а до этого они непригодны. Это пространство берега составляет не больше пятисот шагов, и только оно в течение многих веков было источником для производства стекла. Рассказывают, что сюда пристал корабль торговцев нитром, и когда они, рассеявшись по берегу, приступили к приготовлению еды, и не оказалось камней под котлы, они подложили под них куски нитра с корабля, которые расплавились от огня, смешавшись с песком на берегу, и потекли прозрачные ручьи новой жидкости, — таким было происхождение стекла».
Плиний Старший. Естествознание. Об искусстве. Пер. с латинского, предисловие и примечания Г.А. Тароняна. М., 1994.

Таронян, не расшифровывает понятие нитр! А вот более старый перевод:

«LXV.191. Как полагают, тут он подвергается едкому действию моря, тогда как до этого он был ни для чего непригоден. Весь берег не превышает длиной 500 шагов, и такое-то пространство в течение многих веков было достаточно для производства стекла. Существует предание, будто бы сюда пристал корабль торговцев селитрой, и когда они, рассеявшись по берегу, готовили обед, причем не оказалось камней, чтобы поставить на них котелки, они подложили куски селитры; когда эти последние загорелись и смешались с береговым песком, тогда потекли прозрачные ручьи новой жидкости, что и явилось началом стекла».
Вопросы техники в Naturalis Historia Плиния Старшего // Вестник древней истории, 1946, № 3.

Более старый перевод предполагает, что нитр – это селитра.

А вот как интерпретируется сообщение Плиния Старшего в современной книге И. В. Шишкина. (История листового стекла. Москва. 2013)
«Наиболее ранняя «теория» происхождения стекла с мифическим оттенком предложена римским ученым Плинием Старшим.
«Существует предание, однажды к берегу реки пристал корабль торговцев содой. Рассеявшись по берегу, они готовили обед, и поскольку не оказалось камней, чтобы поставить под котелки, они подложили куски соды; когда эти последние загорелись и смешались с береговым песком, тогда потекли прозрачные ручьи новой жидкости, что и явилось началом стекла».
Рассказ этот малодостоверен, образование стекла при температуре пламени костра на открытом пространстве произойти не может, и даже Плиний начинает его словами «fama est…» (по слухам)».


Здесь цитата Плиния со ссылкой на Г. А. Тароняна, но если внимательно посмотрим на оригинал, то данная цитата это смесь из двух выше приведенных, и, отдавая дань моде, автор превратил Нитр в Соду.

И соответственно, специалисты, и любители, пытавшиеся в костре получить стекло из соды и песка, получили только обломчик!

А реальность могла быть более удивительной, если Плиний Старший автор XV в., то ему известна настоящая селитра. И при перевозке обычной селитры получение стекла в костре вполне реально! Вот, что пишут о нитратном способе получения стекла.

«Нитратный способ.
Для получения растворимого стекла по этому способу сплавляют кремнезем с натриевой или калиевой селитрой. Реакция образования в этом случае протекает по уравнению:
2NaNO3+nSiO2 =Na2OxnSiO2 + 2NO + 3O.
Натриевая селитра плавится при 308°, калиевая — при 336°.

Плавление этих соединений сопровождается частичным их разложением с выделением окислов азота. Реакция обоих нитратов с кремнеземом протекает очень интенсивно и начинается уже при температуре около 100 °; с дальнейшим повышением температуры скорость реакции становится все больше. При относительно невысокой температуре и в короткий промежуток времени можно добиться полного разрушения нитратов и образования щелочных силикатов.

Преимуществом нитратного способа является относительно невысокая температура плавления смеси и большая скорость реакции между компоненты. Кроме того, имеется возможность улавливать и использовать выделяющиеся окислы азота для получения из них азотной кислоты как побочного продукта реакции. Однако очень быстрое и сильное разъедание печного припаса и высокой стоимости селитры, особенно калиевой, не позволяют использовать нитратный способ для производства растворимого стекла ».
(П. Н. Григорьев, М. М. Матвеев. Растворимое стекло. Москва. 1956. Стр. 119).

А здесь Вам и температура в 300 градусов, да еще и расплав уже готов!!! То есть, нет никаких принципиальных запретов на получение стекла при низких температурах.

Второй принципиальный момент, отмеченный М. А. Безбородовым и подтверждаемый экспериментально:
«Кроме того, хлорид натрия способен образовывать с углекислым натрием так называемую «эвтектику», т. е. легкоплавкую смесь, которая плавится при более низкой температуре, чем каждый из компонентов в отдельности. Температура образования эвтектики 638°С, на 217°С ниже, чем плавление углекислого натрия — основного компонента шихты (851°С)».

А это значит, что при температуре получения расплава скорость химических реакций резко возрастает и процесс стеклообразования начинается раньше, чем при отсутствии хлорида натрия. Активное образование силикатов, то есть стекла происходит при меньшей температуре. А для венецианского стекла температура нужна еще меньше, сода для производства стекла делалась на морской воде, а там дополнительно присутствует хлорид магния!

И наконец, последний момент, магнит, добавление в шихту магнитного песка или железной окалины приводило к стеклу светло голубого цвета, именно так цвет имеют зеркала на древних цветных рисунках.




Есть, конечно, еще один момент, место производства первых выпуклых зеркал находится не на побережье, а в центре Европы. Соответственно там скорее делали поташные стекла, чем содовые, и надо рассмотреть, насколько эти производства различаются.

Имеющиеся данные позволяют предположить, что первое стекло, соль и железо получили кельты, которые вероятно называли себя Эллины!

И тогда прекрасно вписываются данные, полученные Сергеем Стафеевым и его соавторами, о пути аргонавтов, первых эллинов. Смотри Первокарту «Карта похода Аргонавтов» вот здесь pervokarta.ru/
Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Папоротник и стекло. 12 фев 2018 15:03 #761

Папоротник и стекло.

В предыдущем разделе был рассмотрен метод получении стекла на основе соды, то есть с использованием приморских растений. В этом случае наиболее наглядным примером является производство венецианского стекла. Но для древних выпуклых зеркал есть достаточно оснований полагать, что их производили в регионе старинной восточной Бургундии, это современный район Эльзас-Лотарингии, Франш Конте и Бургундии.

Место действия!

В первой части моей книги был рассмотрен вариант создания выпуклых зеркал Иоганном Гутенбергом, но не было обращено внимание на один существенный момент. Если Гутенберг реально планировал производство зеркал, то где-то поблизости уже должно было бы существовать производство зеркал и производство просто стекол. И в предыдущий раз практически не была проанализирована следующая цитата из работы Ингеборг Крюгер:

«По всей вероятности, Лотарингия в пределах (современной) Франции играла важнейшую роль в производстве стеклянных зеркал и соответственно зеркального стекла как в средневековье, так и позднее. Однако, для средневековья фактические или косвенные сведения об этом крайне скудны. Немного больше о производстве стеклянных зеркал становится известно из сочинений различных авторов, начиная с первой половины XVI в. Симфориан Шампье, врач и историограф из Лотарингии, в своей книге «Les gestes … du preux chevalier Bayard» (Деяния достойного рыцаря Байярда) (1526, fol.8) приписал открытие стеклянных зеркал уроженцам Лотарингии: «Car entre toutes les nations que l’on saiche, n’y a gens si ingenieux que Lorrain, lesquels Larrains ont trouve l’invention de faire mirouers de verre» (перевод: «Поскольку среди всех известных народов нет столь одаренных, как лотарингцы, которым принадлежит изобретение стеклянных зеркал»).
Приблизительно в это же время Вольсюр Серувильский, историограф Антуана, герцога Лотарингского, приводит некоторые весьма ценные для исследователя конкретные данные о способе изготовления таких лотарингских стеклянных зеркал и центрах их производства. Согласно этим данным, это были выпуклые зеркала, подложенные свинцом. Насколько известно в настоящее время, Вольсюр Серувильский был первым, кто дал даже описание процесса производства и писал при этом, что стеклянные пузыри покрывались свинцом, когда они еще находились на стеклодувной трубке, а после снятия с этой трубки их делили на куски, чтобы разделить их на те куски, что хотели из них получить ( «dudicit cannal de fer sont mis en pieces pour en repartir a tous ceulx qui en veulent avoir…»).

Остается неясным, действительно ли это описание базируется на собственных наблюдениях (предположительно в 1501-1502гг. Вольсюр посетил Сен-Кирин), или же Вольсюр позаимствовал его из неизвестного источника.

Описание «немецкого» способа изготовления зеркал у итальянских авторов второй половины XVI в. в основном совпадают с тем, что дал Вольсюр, только у них каждый раз стеклянный пузырь покрывают жидким соединением свинца и других примесей, а не только свинцом. Очевидно, уже во времена Вольсюра этот метод тоже был в ходу, и он упоминает свинец только как часть целого.
Далее Вольсюр называет некоторые центры изготовления зеркал: «… a Raon, au pays de Vosge et a Saint Quirin, l’on facit des mirouers qui se transportent par toute la chrestiente. Ce que l’on racompte avoir este faict au lieu de Bainville, surnomme aux mirouers…» (... в Раоне, в области Вогез и Сен-Квирин делают зеркала, которые распространяют во всем христианском мире. Как рассказывают, то же самое делают в местечке Бенвилль, которое называют еще «aux mirouers»).

Прежде всего, Сен-Квирин, стеклодувные мастерские в котором были основаны в начале XV в. братьями – бенедектинцами местного монастыря, был, по всей видимости, известен в первой половине XVI в. своими стеклянными зеркалами, так как уже в «Географии Птолемея», изданной в Стасбурге в 1513 г. Иоганном Шотом, он кратко назван: «Sanctus Quirinus, hic sunt specula». А в «Космографии Себастьяна Мюнстера, вышедшей в Базеле в 1552 г., говорится следующее: «В Сен-Квирине, большой деревне, обычно именуемой Сен-Кюри, делают и обрамляют лучшие зеркала и другую продукцию из стекла».

Как лотарингское производство стекла в целом, так совершенно, несомненно, и продукция из зеркального стекла и стеклянные зеркала уже задолго до XVI в. были представлены на рынке. Открытым остается лишь вопрос, ограничивалось ли это производство выпуклыми зеркалами, изготовленными из покрытых зеркальным слоем стеклянных шаров, которые упоминает Вольсюр».


Вот фрагмент карты Лотарингии из книги, изданной Иоганном Шотом.



Вполне можно рассмотреть надписи, S. quirins и hic sunt specula, что в переводе значит – Сен-Кирин и здесь зеркала.

Как видим, автор И. Крюгер приходит к выводу, что родиной выпуклых стеклянных зеркал является историческая область Лотарингия и отмечается один из центров стеклоделия. В настоящее время поселок с названием Сен-Кирин существует в верховьях реки Саар. А вот следующее замечание И. Крюгер:

«Прежде всего, Сен-Квирин, стеклодувные мастерские в котором были основаны в начале XV века....», определяет дату появления одного из первых предприятий по производству дутого стекла, то есть на шкале времен, развитие технологии производства стекла, хорошо размещается!

А теперь смотрим, насколько близко располагаются Страсбург и Сен-Кирин! Расстояние по прямой между ними 51 км. Много это или мало для древних времен?



На карте приведена современная дорога, связывающая Сен-Кирин и Страсбург. Длина данной трассы почти 98 км.

На самом деле более-менее реальную информацию о данном населенном пункте мы имеем с 18 века. Вот такая справка о местах производства стекла в департаменте Мерт из книги Memoire statistique du department de la Merthe, adresse au minister de l’interieur, d’apres ses instructions, par M. Marquis, Prefet de ce Departement. A Paris. An XIII (1804). P.193:

«Стеклянный завод Сен-Кирин, расположенный у подножья Вогез, принадлежал прежде аббатству Мармутье, затем капитулу Сен-Луи в Меце и, наконец, в результате революции, он был присоединен к владениям Республики.
Он был основан в 1739 году на основании указа государственного совета от 9 апреля 1737 года согласно названию и с привилегиями королевской мануфактуры…
Соседние горы дают ему песок для оконного стекла; но мы обязаны извлекать часть песка из Хагенау, департамента Бас-Рейна, для зеркальных стекол и столовых приборов.
В течение всей войны соль и поташ были доступны только на фабриках Мёрта, Вогезов и Верхнего и Нижнего Рейна, где товары были очень дорогими; конкуренция за рубежом облегчает средства для их получения по более выгодной цене.
Завод потребляет около 5600 кубометров древесины в месяц и не имеет безработицы».


Более подробную информацию об этом заводе будет приведена в дальнейшем. Здесь же отметим, что одни из основных сырьевых материалов была соль! И для справки расход древесины в месяц!

Далее в книге М. Маркуса рассмотрено еще предприятие по производству стекла:

«Стекло мастерская в Арберге (Haarberg). Она расположена в двух лигах к востоку от города Сен-Кирин и была основан в 1723 году двумя людьми, которым принц Линэйн передал лесной участок в долгосрочную аренду. Этот участок, затем был отчужден за ежегодную плату в размере 400 франков, но владельцы жалуются, что эти леса испытали большие разрушения во время революции, они вынуждены многое добавлять к своей поставке через торговлю.
Оконное стекло и изделия из стекла изготавливаются в одной печи с восемью горшками. Внутренность покрыта кирпичами, состоящими из очень тугоплавкой глины, которая берется из Франкфурта и Клингерберга, и которая стоит семь франков за центнер; она также используется для горшков или тиглей.
Чтобы питать эту печь необходимо четыреста кубических метров древесины в месяц, нынешний дефицит этого топлива позволяет работать только шесть-семь месяцев в год и все еще с очень небольшой прибылью.
Расход на производство сырья составляет около 2400 франков в месяц, смотрим ниже.
Восемьсот буассо не промытой золы, которая получена в окрестностях, и стоит от 80 до 90 сантимов за буассо;
Пятнадцать центнеров соли, от 35 до 40 франков;
И сорок центнеров песка, в 75 сантимов за один. Заработная плата рабочих, насчитывающая двадцать два, составляет 1000 франков в месяц».


Буассо -13 литров примерно (бушель французский). Городок километров на 10 поближе к Страсбургу, чем Сен-Кирин.

В сообщении приведены крайне любопытные цифры, позволяющие понять технологию производства стекла на поташной основе на северо-востоке Франции!

Используется зола, полученная с окрестных деревень! То есть зола от домашних печей, возможно зола, полученная с производств по выпариванию соли. Есть большая вероятность, что жгли папоротник, но не дерево!

Ну и, как основной сырьевой материал, используется также соль, скорее всего из местных солевых источников! Песок местный.
Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Как древние делали стекло! (Стекло, соль, железо). 27 фев 2018 12:19 #762

В статье Сюзаны Силовой и Юрия Войч «Поташ – ключевой сырьевой материал шихты стекла для Богемских стекол в XIV-XVII веках?», имеется ряд интересных сведений о золе папоротника, которые позволяют понять технологию производства древнего стекла. Вот перевод наиболее существенных моментов для интересующих нас проблем:

«Основываясь на средневековых и ранних современных центрально европейских источниках, наиболее подходящим сырьем для экспериментального производства поташа были определены буковые и еловые стволы и брикеты и папоротник, конкретно смесь мужского папоротника (Dryopteris filix-mas) и папоротника-орляк (Pteridium aquilinum). Зола производилась отдельно, но по одинаковой технологии. В таблице 1 приведены точные веса использованного дерева и папоротника, а также произведенная зола и поташ; результаты сравниваются с данными из литературы.

Во время этих экспериментов древесина (стволы диаметром 40-90 см) непрерывно горела на нескольких открытых, слегка закрепленных очагах (диаметр: 300-330 см, глубина: 10-35 см). Специальный очаг, облицованный глиной, была сконструирована для сжигания папоротника, диаметром 90 см и глубиной 15 см.

Полученная зола аккуратно собиралась. Мы попытались избежать примеси почвы из очага; однако это невозможно полностью предотвратить. Источники из эпохи раннего модерна (например, жалобы изготовителей стекла на качество поставляемого поташа) упоминают обычно появление мелких камней и, загрязнений содержащих в поташе».






Таблица крайне интересная. В данной работе было получено:
Из 6600 кг (6,6 тонн) бука получили золы 44 кг в одной партии и во второй партии из 2084 кг бука получили золы 29,34 кг. А для папоротника из 231 кг было получено золы 3,74 кг и не кальцинированного поташа 1,73 кг.

Растения были получены из Орлицких гор Чехии.
Следующая таблица из выше упомянутой работы дает химический состав золы растений.



И приводится следующее пояснение к ней:

«Соотношение CaO / K2O и других оксидов показало, что поташ из папоротника существенно отличается от букового поташа. Поташ из папоротника содержит P2O5 и хлор, ни один из которых не содержится в значительных количествах в поташе из древесной золы. Более высокое содержание P2O5 или хлора (в виде KCl) в золе папоротника может вызвать опалесценцию стекла; современные исследования (BatesonandTurner, 1939, Gerthetal.1998, Tanimoto and Rehren 2008) дают больше информации о поведении и ограниченной растворимости хлора в стекле. Кроме того, папоротник является сезонным растением и изменяет состав в течение сезона, что отражается в золе растений; поэтому концентрации щелочи, железа и марганца (и, возможно, хлора) изменяются в течение всего сезона».


Здесь отмечен один принципиально существенный момент, папоротник содержит значительное количество хлорных соединений. А в самом начале темы было показано, что присутствие хлорида натрия при производстве содового стекла значительно снижает температуру появления расплава в стеклянной шихте. На самом деле и в случае с поташом, наличие хлористого калия уже снижает температуру получения расплава. То есть даже в отсутствии поваренной соли, зола папоротника плавится при более низкой температуре, чем при поташе, не содержащем хлористого калия. Причем влияние хлоридов на температуру появления расплава была подмечена уже в XIX веке.

В книге Николай Витт, «Промышленная химия, публичные беседы о важнейших химических производствах. Часть ii-я. Санктпетербург. 1848», приведено вот такое замечание:

«Цель прокалки или обжигания поташа есть только выжигание тех посторонних частичек, которые могут от действия жара сгореть и выделиться в виде летучих соединений, а потому печь для этой цели, должна быть так устроена, чтобы пламя как можно равномернее распространялось бы над соляною массою, и притом не было бы так сильно, чтобы доводило ее до сплавления…(стр. 68).

Впрочем должно сказать, что собственно углекислое кали довольно трудно плавко, и выдерживает краснокалильный жар а потому могло бы выдержать значительную температуру, при которой разумеется скорее и совершеннее можно было выжечь из него органические частички; но плавленью способствуют весьма хлористые соединения, заключающиеся в поташе, почему нужно, смотря по большому или меньшему их содержанью, пускать сильнее или слабее жар (стр. 69-70)».


Во второй половине XVIII века один из руководителей зеркальной мануфактуры в Сен-Гобене Павел Боск д'Антик, в своей книге «Oeuvres ... Contenant plusieurs Memoires sur l'art de la Verrerie», изданной в 1780 году, приводит два любопытных замечания:

«Наконец, одно из самых опасных для стеклянной посуды, это смешивание морской соли с твердой щелочной солью или продажа соли сырого поташа, добытого из золы, сделанной под котлами соленых источников. Существует три одинаково безопасных способа обнаружения этого мошенничества. Этот поташ легко плавится с огнем прокаливания, приобретает только очень бледно-голубой цвет…
Папоротник очень распространен в королевстве: зола этого растения, срезанного в конце июля и сожженная, как жгут соду, дает примерно одну девятую часть фиксированной щелочной соли».


Здесь отмечены два существенных момента в производстве стекла. Во-первых, использование золы от производства соли. То есть районы производства стекла связанные с производителями соли всегда имели надежные запасы золы! Причем данная зола всегда содержала хлорид натрия, просто в силу технологии производства соли. И остается открытым вопрос использования папоротника, как при производстве соли, так и использовании его при сжигании в домашних печах.

А вот об использовании соломы для выпаривания соли у нас имеется прямое подтверждение. Г. Агрикола пишет:

«Очаг по большей части выкладывают из соляных камней и разного рода пород, смешанных с солью или увлажненных соляным раствором. Такая кладка сильно твердеет от огня. Его устраивают длиной 8 1/2 Фута, шириной в 73/4 фута и при дровяной топки вышиной до 4 футов, а при соломенной — 6 футов…

В Галле (Саксония) солеварный мастер и его заместитель, который работает попеременно с ним, добывают из 37 ведер рассола две глыбы соли в форме конусов. Каждый из них имеет помощника, или его жена помогает ему. Кроме того, у каждого мастера есть ученик, который подкладывает под чрен дрова или солому. Так как в варницах очень жарко, работают совершено раздетыми, только голову покрывают круглыми шапочками из соломы, а на бедра надевают повязки.

Как только мастер выливает первое ведро рассола в чрен, мальчик поджигает подложенные под него дрова или солому. Если жгут дрова, либо вязанки ветвей или хвороста, соль получается белоснежной; когда же подкладывают солому, соль нередко приобретает черноватый оттенок, ибо сажа, поднимающаяся с дымом к кожуху, падает обратно вниз и, попадая в уваривающийся рассол, загрязняет его…

Другие варят соленую воду, особенно морскую, в больших железных котлах, но обычно жгут при этом солому, вследствие чего соль у них получается темной. Некоторые вываривают в тех же котлах рыбный рассол, отчего получаемая из него соль имеет привкус и запах рыбы…».


На самом деле зола соломы и зола папоротника очень близки по своему химическому составу. И та, и другая зола содержат существенные количества хлоридов, и кроме того аморфного кремния в количественном отношении больше кальция.

А вот в книге «Словарь коммерческий, содержащий познание о товарах всех стран, и названиях вещей главных и новейших, относящихся до коммерции, также до домостроительства, познание художеств, рукоделий, фабрик, рудных дел, красок, пряных зелий, трав, дорогих камней и проч. / Переведен с французскаго языка Васильем Левшиным. - Москва: Тип. Комп. типогр., 1787-1792. - 8°. Ч. 5: П. Р. – 1790», которая является переводом из французских источников, приведен вот такой удивительный способ получения поташа:

« Зола из папороти, и почти из всякого рода лесу, служит на дело поташу в Англии. Щелок из этой золы наливается в обширный дщан близ очага; обмакивается в оный пуки соломы и зажигают огнем; от одного пука зажигают другие, и продолжают это действие до тех пор, как весь щелок изойдет; золу соломенную с гущей щелочной мешают и валяют в глыбы со всяким сором. Этот поташ несравненно слабее других».


И хотя здесь говорят вроде бы об Англии, но всегда надо иметь в виду, что стеклоделие в Англию принесли из Лотарингии!
На самом деле сообщение Г. Агриколы прямо ставит вопрос об использовании золы соломы на раннем этапе стеклоделия.

Вот некоторые моменты об использовании соломы в России.
М.А.Безбородов «Химия и технология древних и средневековых стекол». Минск. 1969, пишет:

«В. Э. С. Тернер рассказывает, что шведские архитекторы, посетившие Лондон в 1778 году, побывали на стекольном заводе около Сузворка (Southwork) и узнали, что шихта состояла из 1 ч. песка и 3 ч. золы, которую чаще всего брали из соседней пекарни, где она получалась из соломы (511).

В то же время в России при производстве «зеленых» оконных стекол также использовали золу. Вот пример такой шихты в весовых долях: песок мытый – 100; зола хвоевая -50; зола белая – 150 и пепел соломенный - 40. Хвоевую золу получали из сосновых и еловых ветвей, белую – из лиственных деревьев (вяза, ивы, орешника), а пепел соломенный – из ржи, овса, ячменя(171,176-179).
Анонимный автор, упоминавшийся ранее (171), обращал внимание полтораста лет назад на то, что зола некоторых растений сама по себе без добавки песка или иных компонентов, способна образовать стекло. Он относил к ним солому пшеницы, ржи, овса и ячменя. В. Э. С. Тернер также писал, что самые примитивные стекла могли образоваться вследствие сильных пожаров, когда сгорала солома. (511, 513).

Описывая производство стекла в середине XIX в., А. К. Чугунов (232) сообщает, что на русских заводах пользуются более всего золой ржаной соломы (ржаной пепел), а сосновую или еловую берут редко(176), соломенную золу доставляли на стекольные заводы из тех мест, где она употреблялась как топливо и где следовательно, мало лесов. Как источник получения такой золы он называет Украину. Хотя со времен Древней Руси и до XIX века прошло 6-7 веков, можно высказать предположение, что традиция возникла давно и что древнерусские ремесленники пользовались травяной золой наряду с другими ее сортами (32).
171. Отставной инженер. О стеклянном производстве на некоторых российских заводах. Журнал мануфактур и торговли. № 1, стр. 106-142 и № 2 стр. 3-17. СПБ. 1826.
«Пепел из ржаной, овсяной и ячменной соломы употребляется на оконничное стекло и для мягкости к резке алмазом. Впрочем, он столь мало содержит в себе алкалических частей, что не принимает в себя при стеклоделии ни сколько песку. Если расплавить его один с примесью марганца, то дает прекрасное черное стекло. Пепел из гречишной соломы напротив того содержит много кали и может заменить лучшую золу. Из него вываривают поташ».


Т. Фриде. Что составляет существенную часть удобрения?
Труды Императорскаго вольнаго экономическаго общества. 1859. Том 2. Июнь. Стр.242.

«Чтобы показать, какой вред для хозяйства происходит от потребления соломы на отопление, мы приведем расчеты, сделанные по этому предмету г. Бахтеяровым. Бахтеяров принимаете, что при хорошем урожае ежегодно собирается на каждое крестьянское тягло от 60 до 70 копен озимого и ярового хлеба. Считая копну в 52 снопа и полагая вес снопа в 15 фунтов, выходит, что ежегодно привозится в гумно около 1150 пудов, из коих,
по отделении приблизительно 500 пудов на зерно и мякину, останется 650 пудов соломы. Если положить даже на каждый двор по 2 тягла, в таком случае на двор крестьянина придется от 120 до 140 копен хлеба, которые дадут около 1 300 пудов соломы.
Для высушки 140 копен хлеба нужно топить овин, вмещающий за один раз по 2 копны, 70 раз в год, и в каждый раз употреблять от 5 до 8 пудов соломы, что составит в год около 450 пудов.

Конечно, овины большего размера требуют и больше топлива. Протопить крестьянскую избу зимою для тепла, а летом для приготовления пищи нужно, круглым счетом, в день около 1 и ½ пуда соломы, что составит в год также около 450 пудов.

Далее, для поддержания крыши на всех строениях нужно крестьянину в год не меньше 200 пудов; за тем остается у него не много для прокормления скота и на подстилку. В Орловской, Тульской и других смежных с ними губерниях сена так мало, что у крестьянина и езжалая лошадь редко его видит, а рогатый скот и овцы почти исключительно кормятся соломою, да и той не дают им вдоволь. Об увеличены массы навоза, крестьяне плодородных мест мало заботятся, так что все остатки корма выгребают из-под ног скота и употребляют для отопления печей».


Здесь отмечено, что зола соломы производилась в большом количестве в областях выращивающих хлеб, и она как бы не очень использовалась в хозяйстве. В смысле использования соломы в Европе аналогия должна быть прямой! Таким образом, вопрос плавкой золы в Лотарингии более-менее становится понятен. Либо папоротник, либо солома, а скорее всего смесь золы того и другого использовалась на стекловаренных заводах на ранних этапах получения стекла.


Для понимания уровня температур, при которых начинается процесс плавления поташной шихты с добавлением поваренной соли, приведу диаграммы плавкости.




Минимальная температура появления расплава 627 градусов, на 140 градусов ниже, чем у компонентов! То есть зола растений типа папоротника или соломы злаковых, даже в отсутствии поваренной соли имеют низкую температуру появления расплава.





Здесь у нас более высокая температура появления расплава, но если добавляем поваренную соль, то ситуация существенно изменяется. И хотя по диаграмме плавкости NaCl-K2CO3, вероятно имеются какие-то экспериментальные проблемы, но то, что имеем достаточно наглядно.
Вот ее вид из книги «G. J. Janz and R. P. T. Tomkins. Molten salts: Volume 5, Part 2. 1983».
И температура начала плавления ниже 600 градусов, что даже ниже чем в системе NaCl-Na2CO3!


Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Как древние делали стекло! (Стекло, соль, железо). 01 март 2018 13:59 #763

Извините, если информация про использование оксида свинца у вас уже была (я не помню), но вот что встретилось в интернете:

В 1674 году английский купец Джордж Равенскроф запатентовал открытие, сделанное на его лондонской мануфактуре: оказалось, что добавление оксида свинца позволяет получать более прочное и долговечное стекло. Так в Англию пришла мода пить вино из стеклянной посуды вместо традиционной оловянной.

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Последнее редактирование: от lemur.

Как древние делали стекло! (Стекло, соль, железо). 01 март 2018 16:16 #764

О свинцовом хрустале в России, я говорил во второй части моей книги
pervokarta.ru/shur/zerk2.pdf

Там есть одна небольшая, но существенная тонкость. Необходимо, кроме сурика и поташа использовать селитру.
Здесь вероятно и была засада, как только селитра стала более-менее свободным товаром, так и появился (или стал массовым) данный тип стекла.

Но я нигде не читал, чтобы свинцовый хрусталь использовали для производства зеркал!

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Как древние делали стекло! (Стекло, соль, железо). 14 март 2018 22:23 #767

На дружественном сайте возникла проблема с прозрачным стеклом у Плиния, которая приводит к совершенно удивительному открытию.

Полностью цитирую свой ответ там.

Уважаемый Igor07!
Вот два перевода из Плиния.

«LXVI.192. Вскоре, поскольку ловкость изобретательна, перестали довольствоваться примешиванием нитра, стали добавлять и магнитный камень, так как считается, что он притягивает к себе и жидкое стекло, как он притягивает железо. Подобным же образом стали плавить различные блестящие камешки, потом раковины и выкапываемый песок. Сообщают, что в Индии оно получается и из дробленого хрусталя, и поэтому никакое другое не может сравниться с индийским.
LXVI.192. (66) Вскоре затем, поскольку изобретательность хитра на выдумки, она не удовольствовалась примешиванием селитры; начали прибавлять также магнитный камень, ибо считается, что он притягивает к себе как железо, так и жидкость стекла. Подобным же образом в различных местах начали жечь также блестящие камешки, затем раковины и горный песок. Некоторые авторы сообщают, что в Индии стекло изготовляется также из битого хрусталя, и что по этой причине никакое стекло не сравнится с индийским».


annales.info/ant_lit/plinius/36.htm

И они существенно отличаются от цитаты приведенной Вами

«Как пишет Плиний, из кристаллов, предварительно измельчив их, в Индии приготовляют стекло, которое настолько прозрачно, что никакое другое стекло не идет с ним в сравнение. Второе место занимают камни, не обладающие твердостью кристаллов, но почти такие же светлые и прозрачные, и, наконец, на третьем месте находятся камни, хотя и светлые, но не прозрачные».

Как видим, Плиний молчит о прозрачном стекле, а цитата, приведенная Вами это из книги Г. Агриколы, который уже видел выдутое прозрачное стекло!!!

Эту цитату из Агриколы я привел в заглавном сообщении.

Но Ваша въедливость, позволила мне сделать еще одно открытие!!!!!

Тогда принципиальное сообщение Плиния о получении самого первого стекла:

«LXV.191. Считают, что тогда они и затягиваются морской едкостью, a до этого они непригодны1). Это пространство берега составляет не больше пятисот шагов, и только оно в течение многих веков было источником для производства стекла. Рассказывают, что сюда пристал корабль торговцев нитром, и когда они, рассеявшись по берегу, приступили к приготовлению еды и не оказалось камней под котлы, они подложили под них куски нитра с корабля, которые расплавились от огня, смешавшись с песком на берегу, и потекли прозрачные ручьи новой жидкости, - таким было происхождение стекла».

Приводят вот к таким фокусам.

И снова Плиний абсолютно прав! Вариант с содой и приморским песком, «подвергшимся едкому действию моря». Вполне, вероятно, что, именно так в Венеции получили первое стекло, принципиально отличное от континентального вариант Лотарингии. Приморский песок, это песок, смешанный с морской водой, точнее солями морской воды. А морская вода неисчерпаемый источник хлоридов, об их влиянии на процесс получения стекла расскажу в дальнейшем. У меня была проблема с появлением стекла в Венеции. Однако Плиний снова нам помогает!

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Наша цивилизация. Место зарождения. 18 янв 2019 11:08 #861

Имеется достаточно простое предположение. Центр современной цивилизации или откуда все пошло-поехало, располагался в самом сердце Европы. Это то самое место, откуда, по мнению ТИ, вышли кельты.


Так сегодня рисуют карту распространения гаплогруппы R1b. Был ли это народ кельтами или галлами сейчас трудно сказать. И если карта отражает реальность то центром будет. Район северо-восток современной Франции, исторические места Эльзас-Лотарингия, Свободное графство Бургундия. Современная Германия, западный берег Рейна, верховья. И швейцарские земли по Рейну.
Что должно было, послужит массовому росту древнего народонаселения в данных местах. Соль, пшеница (хлебные злаки дикорастущие), виноград (виноделие). Освоение это набора, вероятно, и явилось необходимый и вероятно достаточный для взрывного роста населения. Попробуем проанализировать имеющуюся, в настоящее время, информацию по этим продуктам питания.

Начнем с Соли и ее получение с привлечением огня.



Рисунок 1: Карта мест производства соли позднего бронзового века, железного века и римского времени на северо-западе Европы. Соль в основном собирали с использованием принудительного испарения в печах («техника брикетирования») в северных умеренных районах, в то время как солнечное испарение в лагунах и на соляных промыслах обычно практиковалось в средиземноморском регионе. <1>

Соленые источники отмечены звездочкой, правда долина реки Сей, отмеченная красной точкой, имеет дополнительные характерные черты.

Но начинать придется с древних. Вот, что пишет Плиний Старший:

«В Хаонии есть родник, воду из которого кипятят и при охлаждении получают соль, которая бесцветная и не белая.
В провинциях Галлии и Германии на горящие бревна льют соленую воду.

(В одной части испанских провинций черпают рассол из колодцев и называют его Мурий.) Первые действительно думают, что используемая древесина также имеет значение. Лучше всего дуб, потому что его чистая зола сама по себе обладает свойствами соли; в некоторых местах орешник находит благосклонность. Поэтому, когда на него наливают рассол, даже древесина превращается в соль. Когда древесина используется в производстве, то соль темная.
Я нашел у Теофраста, что Умбрийцы имели обыкновение кипятить в воде золу тростника и камышей, пока не оставалось совсем немного жидкости. Кроме того, из щелока соленых продуктов соль восстанавливается путем кипячения, а по окончании испарения восстанавливается ее солевой характер. Принято считать, что соль, полученная из сардинового рассола, является самой приятной». <2>


Здесь некоторые сообщения прямо пересекаются с сообщением Аристотеля:

«В Хаонии есть родник довольно соленой воды, который впадает в ближайшую реку; река пресная, но рыбы в ней нет. По местному преданию, когда Геракл пришел [туда], гоня скот из Эрифии, и предложил жителям на выбор либо соль, либо рыбу, они предпочли соль, которая образуется у них теперь в роднике, ведь, вскипятив немного этой воды, они дают ей отстояться и, когда она остывает, а влага вместе с теплом [уже] испарилась, остается соль, причем не комками, а порошком, тонким, как снег. Правда, она солона меньше обычного и для хорошего вкуса нужно положить ее больше, а цвет у нее не такой светлый. Нечто подобное можно наблюдать и в Умбрии: там есть такое место, где растет тростник и камыш. [Растения] сжигают и, бросив золу в воду, кипятят ее. Когда остается уже немного воды, ей дают остынуть, и получается [некоторое] количество соли». <3>[

Эти два варианта получения соли у Плиния и Аристотеля показывают, что глиняная посуда, в которой можно кипятить воду уже существует!
С сообщением Плиния о получении соли в Германии пересекает вот такое сообщение Тацита:

«57. (1) Тем же летом между гермундурами и хаттами произошла ожесточенная битва, ибо и те и другие хотели завладеть приносившей в изобилии соль пограничной между ними рекою, и сразились они не только из страсти решить споры оружием, но и вследствие укоренившегося в них суеверия, будто эти места ближе всего к небу, и нигде молитвы смертных не доходят скорее к богам.

Вот почему по милости всесильных божеств в этой реке и этих лесах зарождается соль, и при том не так, как у прочих народов, т. е. не из высохшей после разлива моря воды, но возникая от столкновения противоположных друг другу начал - вода и огонь, ибо добывают ее, поливая речной водой пылающую груду деревьев».<4>


И еще одно любопытное замечание у Плиния, морская соль – горькая.

«Для приправы мяса и пищи, наиболее полезна соль, которая легко тает и довольно влажная, потому что она менее горькая, чем соль Аттики и Эвбеи. Для консервирования мяса больше подходит соль острая и сухая, как у Мегары». <2>

В выше приведенных сообщениях уже подмечены основные идеи по выпариванию соли на огне. Особенно любопытна практика в Галлии и Германии, это те места, которые нас интересуют. И здесь вполне возможно отмечен самый древний вариант, когда не было вообще никакой посуды, просто поливали горящие дрова соленой водой, а потом собирали золу, смешанную с солью. А такую смесь вполне можно переносить с места на место!
И второй момент данного метода получения соли, возможно, описано первое использование огня в производственных целях. А уж, что потом получится в углях данного процесса это вопрос?

Далее приходится перепрыгивать лет на 150-200 во времена Бирингуччо и Агриколы. Вот, что пишет Бирингуччо в 1540 году:
«В дополнительном подтверждении этого, помимо других мест, которые могут быть упомянуты, я расскажу вам, что я помню, когда видел в Галле герцогство Австрии. В этом месте есть небольшой поток пресной воды, которая становится соленой, когда ее заставляют пересечь гору, где есть солевой минерал. Когда эту воду помещают в определенные котлы, изготовленные из железных пластин диаметром около четырех браччио, и помещают поверх одной или нескольких печей, она сжимается при кипячении и испарении. Затем с помощью некоторых перевернутых лопат, выполненных в виде деревянных граблей, в процессе работы извлекается большое количество очень белой и чистой соли. Ее помещают, пока она все еще сырая в определенные деревянные ведра; там она становится твердой, как мрамор, от жары, и из нее делают лепешки в половину сомы».<5>

Сома это вьюк, скорее всего для переноса человеком. Браччио мера длинны различавшаяся в разных областях Италии, около 60 см. Далее Бирингуччо продолжает:

«Солью обильно снабжена не только территория Галле, где она производится, но и вся эта провинция верхней Германии. То же самое происходит в Вольтерре в Тоскане с соленой водой, которая берется из определенных колодцев. Он также помещается в определенные свинцовые котлы, такие как те, что используются для купороса, и высушивается при кипячении. Из этого они получают белоснежную соль в виде снега и в таких количествах, что не только город Вольтерра, но и город Флоренция со всеми пригородами не использует никакой другой соли, кроме этой. Есть также много других мест, где можно найти эту минеральную соль, и я также могу рассказать вам о том, что находится на территории Сиены, недалеко от Сан-Квирико. Это не очень хорошо известно, потому что это не высоко ценится из-за обилия морской соли, которую они имеют». <5>

Если в первом случае нам сообщают о железном котле, то во втором случае упоминается свинцовый котел и это несколько меняет наше представление о выпаривании соли. То есть по металлу мы выходим на самые первые времена, до железа, когда уже вполне могли выпаривать соль на огне.
Вложения:
Спасибо сказали: admin

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Наша цивилизация. Место зарождения. 20 янв 2019 21:37 #864

Переходим к описанию Георга Агриколы. Его книга «О горном деле и металлургии» <6>, впервые была издана в 1556 году. Процесс производства соль, описанный в двенадцатой книге, настолько подробен и показателен, что его можно считать процессом мануфактурного производства.

Вот изображение процесса выпаривания морской соли.

А. Море; В. Лагуна; С. Шлюз; D. Отводные канавы; Е. Отстойники; F.Грабли; G. Лопата.

Вот Солеварни.


А. Солеварни; В. Их разрисованные вывески; С. Первое отделение, D.среднее E.заднее; F. Два оконца в задней стене, G. третье в кровле; H. Колодец; I. Колодец другого устройства; K. Ушат; L. Носильный шест; (M). Вилы, на которые уставшие носильщики опирают шест.

«Соленая вода варится также в чренах, помещаемых в строениях близ колодцев, из которых ее черпают. Эти строения обычно называют именем какого-либо животного или предмета, изображение которого обычно и помещают на их вывесках. Строения делают из печной глины или из фахверка, обмазанного густой глиной, иногда также из камней или кирпичей. Кирпичные стены по большей части имеют в высоту 16 футов, и если кровля возвышается на 24 фута, то передняя и задняя стены должны иметь 40 футов, как и внутренние стены между ними. Кровля кладется из досок длиной 4 фута, шириной фут и толщиной 2 пальца. Кровельные доски укреплены на длинных узких слегах, лежащих на балках, внизу расходящихся, а сверху скрепленных.
Под кровельные доски подкладывают слой соломы с глиной толщиной 1 палец, а на них такой же слой соломы с глиной толщиной 1 1/2 фута, чтобы предохранить строение от пожаров и дождей и чтобы сохранить в нем тепло, необходимое для сушки соли». <6>
«Очаг по большей части выкладывают из соляных камней и разного рода пород, смешанных с солью или увлажненных соляным раствором. Такая кладка сильно твердеет от огня. Его устраивают длиной 8 1 /2 фута, шириной 7 3/4 фута и при дровяной топке высотой до 4 футов, а при соломенной — 6 футов». <6>


Принципиально важное замечание Г. Агриколы, очаг мог топиться соломой, таким образом, вблизи сельхозугодий, не было необходимости уничтожения леса!

«Чрены четырехугольные длиной 8 футов, шириной 7 футов и глубиной 1/2 фута изготовляют из листов железа или свинца, имеющих 3 фута в длину и столько же футов без 2 пальцев в ширину. Но эти металлические листы не должны быть слишком плотными для того, чтобы в чренах вода на огне скорее согревалась и уваривалась. Чем вода соленее, тем быстрее она сгущается в соль. Те места чрена, где листы соединены железными заклепками, обмазывают замазкой из бычачьей печени, бычачьей крови и золы, чтобы соляной раствор не мог проступить наружу или выпотевать».<6>

Еще одно важно замечание, свинцовые сковороды. То есть еще до получения железа не было проблем выварки соли во внутренних областях Европы.


Ведро А. Ушат В. Бочка (куфа) С. Солеварный мастер D. Мальчик Е. Жена мастера F. Деревянная мешалка G. Доска Н. Корзины I. Лопата К. Гребок L. Солома М. Ковшик N. Кадушка с кровью О. Кружка с пивом Р.

«Ведро вмещает около 10 римских секстариев, а ушат — 8 ведер. Зачерпанная из колодца соленая вода разливается в эти ушаты, доставляется в солеварню носильщиками и выливается в куфу. В местах, где рассол очень крепкий, его непосредственно выливают из ведер в чрен. Там же, где рассол менее крепок, его сначала разливают глубокими черпаками, сделанными вместе с рукоятью из одного куска дерева, в малые куфы, куда бросают соляные камни, чтобы они сообщили свою крепость рассолу. Затем этот рассол по небольшим желобкам проводят в чрен. В Галле (Саксония)5 солеварный мастер и его заместитель, который работает попеременно с ним, добывают из 37 ведер две глыбы соли в форме конусов. Каждый из них имеет помощника, или его жена помогает ему. Кроме того, у каждого мастера есть ученик, который подкладывает под чрен дрова или солому. Так как в варницах очень жарко, работают совершенно раздетыми, только голову покрывают круглыми шапочками из соломы, а на бедра надевают повязки. Как только мастер выливает первое ведро рассола в чрен, мальчик поджигает подложенные под него дрова или солому. Если жгут дрова либо вязанки ветвей или хвороста, соль получается белоснежной; когда же подкладывают солому, соль нередко приобретает черноватый оттенок, ибо сажа, поднимающаяся с дымом к кожуху, падает обратно вниз и, попадая в уваривающийся рассол, загрязняет его. Для того чтобы ускорить сгущение рассола, солевар, налив в чрен два ушата с двумя ведрами рассола, примешивает к 19-му ведру около 1 1/2 римского циата телячьей или козлинои крови или их смеси, разливая это ведро рассола равномерно по всем углам чрена. В других местах кровь разбавляют пивом. Когда на поверхности кипящего рассола показывается грязноватая пена, ее снимают лопатой. Если в данном заведении делают соляные камни, то такую накипь выливают через дымовое отверстие на очаг, где она, засыхая, сама обращается в соляной камень; если же их не делают, то эту накипь просто выливают на пол строения». <6>

Отметим вариант сгущения рассола добавлением соляных камней, градирня в Германии еще неизвестна!



Яма А. Чан (В), в который направляется рассол. Ковш С. Черпак (D) с вправленной в него рукоятью.

«Другие варят соленую воду, особенно морскую, в больших железных котлах, но обычно жгут при этом солому, вследствие чего соль у них получается темной. Некоторые вываривают в тех же котлах рыбный рассол, отчего получаемая из него соль имеет привкус и запах рыбы.

Иные получают соль, обливая соленой водой горящие дрова. При таком способе получения соли следует выкапывать ямы, куда и класть дрова. Эти ямы должны иметь 12 футов в длину, 7 футов в ширину и 2 1/2 фута в глубину, чтобы наливаемая вода не вытекала из них.

Эти ямы следует, притом, обкладывать соляными камнями, если только их можно достать, чтобы почва не впитывала в себя воду и чтобы земля спереди, сзади и с боков ямы не отваливалась в нее.
Однако, поскольку угли вместе с соленой водой обращаются в соль, то, как пишет Плиний 7, испанцы полагали, что при этом имеет значение порода дерева. Дуб в данном случае — наилучшее дерево, так как оно само по себе и своей чистой золой придает соли силу. Кое-где хвалят орешину.
Однако из какого бы дерева ни добывали, такую соль не очень хвалят, так как она черна и нечиста. Поэтому такой способ получения соли отвергают и немцы, и испанцы».
<6>

А вот здесь рассмотрен, с моей точки зрения, принципиальный метод получения соли. По своей простоте он превосходит все методы выпаривания рассола на солнце! А для нахождения данного способа, достаточно один раз загасить костер соленой водой. И сразу же древний человек мог увидеть чудо, соединение огня и воды дает белые кристаллы! Ну, а дальше развитие метода в различных направлениях. Например, на погасшие после поливания водой угли подкинули соломы, для продолжения процесса. И на выходе вполне можно получить стеклянные камешки.

Проблема древесного угля, полученного таким способом, могла вывести и на производство легкоплавких металлов, типа олова и свинца. Короче, схема использования огня развертывается в реальную последовательность.

Далее придется перепрыгнуть в XVIII век, и там, оказывается, описан еще один удивительный способ получения соли.

«Соли морской можно различать два рода: одна, получающая сгущение свое только от одного действия лучей солнечных, называется соль серая или бузун; вторая сгущаемая действием огня и называемая Соль белая.
К деланию той и другой расположение происходит в рассуждении положения берегов моря: если берег крут, строят для варения соловарницы, и уваривают соль в котлах медных или свинцовых; если же берег плоск и низок, а особливо глиноват, Соль кристаллизуется помощью одного солнца…». <7>
Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Наша цивилизация. Место зарождения. 23 янв 2019 10:37 #866

Далее имеем описание солеварни на основе прото-градирни! Для справки. Вот рисунок, так называемой, градирни со стеной из терновника, из Словаря Брокгауза, статья Соль. XIXвек.

 

«КакСоль морская, приуготовляемая во Франции, весьма превосходит все соли
Европейские; с другой стороны серая Соль вообще предпочитается, для расхода
работникам и соления мяса, Соли белой, вывариваемой из соленых озер и морской
воды: почему предлагается здесь способ к приуготовлению серой Соли, без потери
времени и с меньшим иждивением из той же воды, из которой выпаривается соль
белая.
          Выбирают для действия сего, производимоголучами солнечными, хорошую погоду и открытое место, в котором бы освещение сего светила доходило беспрепятственно. Место сие должно быть близ моря или
солончака, для отвращения издержек за перевозку соленой воды; устанавливают на земле деревянную решетку, которая строится следующим образом:
   

Вкапываются в землю четыре столба,глубиной в землю на 2 фута с половиной, а сверх земли не свыше 2 футов;
расстояние между сими столбами оставляется на произвол, по величине решетки;
довольно только, чтобы была оная четвероугольная; на двух параллельных боках
кладутся от столба в столб два толстых бруса, а на оные еще несколько жердей
поперек, кои за концы привязываются к двум первым брусам.  
  
      
Поперечникисии должны лежать фута на два между собой расстоянием; сверх сего устилается
сухим хворостом, на котором бы не было никаких листов: чем розги хвороста будут
мельче и тоне, тем они лучше. Слой оных на решетке настилают пристойной
толщины; трудно в этом случае ошибиться: не должно, однако оный быть меньше
двух футов с половиной».
<7>        
Далее любопытное замечание о поливальнике, который на самом деле прототип современной
лейки!               
 «По приготовление сего наполняютсясоленой водой поливальники, и выливается оная на хворост; продолжается это до тех пор, как хворост весь оной будет проникнут, и вода начнет стекать на землю.
Я видел у производившего такоесоставление серой Соли, что употреблял он поливальники с медными или железными наконечниками с мелкими скважинами: вода из таковых льется очень дробным
каплями, кои удобнее протекают между прутьями, и производят стекание мешкатнее;
а от сего соляные частицы, задерживаясь, удобнее пристают к хворосту.
Должностараться поливать равномерно по всему слою хвороста; от пренебрежения сего много пропадает выходу Соли».
<7>        

 Далее видим, что такоепроизводство уже на уровне хорошей мануфактуры и зарождение его должно быть
гораздо раньше, чем оно описано (1752 годом). И просматривается, хотя и не
явно, связь с методом огонь-вода.                 

«Когда земля под решеткой смокнется,перестают поливать, и оставляют в этом состоянии решетку с хворостом на десять дней; к концу сего времени Соль садится около прутков от действия солнца. Для
собирания оной расстилают простыни под решеткой, и сильные работники бьют
шестами по поверхности хвороста; Соль осыпаясь, упадает на простыни: не нужно
припоминать, что должно шестами бить по всем местам хвороста, дабы вся Соль
опала; после сего просушивают оную четыре часа на солнце, и относят в амбары.
        

Уповаю, что без дальнейших размышленийвесь свет согласится в том, что Соль сия должна быть столько же добротна, как и садящаяся в бассейнах. Таковым простым способом можно заготовить оной
множество, а особливо, если наделать решеток, и хворосту на них настлать толще.
JournalEcon.Pag.55,Avril1752. Selgris.В том же журнале в августе месяце тогоже года, стр. 95, видимо в письме из Нантеса, что описатель сего способа конечно видел оный в действии в Лотарингии в Моенвик и разных других местах княжества, и что взглянул на производство сего действия мимоходом, потомучто пропустил следующие обстоятельства: как это приуготовление серой солиотправляется откупщиками, надобно ожидать, что они ничего не упускают; они строят сараи или навесы футов в 200 длиной, в 60 вышиной и пристойной ширины.
Сии навесы защищают слои хвороста от действия дождя, и строятся близь
солончаков или соленых колодезей, из которых воду вытягивают посредством
насосов, сделанных машиной, кою в действие приводит лошадь. Надо заметить, что
сараи сии строятся со всех сторон открытые, дабы ветер способно провевал, и
совершал то же действие, что и лучи солнца, которые, однако, со своей стороны
поутру и ввечеру освещая решетки, а в полдни, согревая кровлю, много
способствовал осадке Соли.
        

Первый слой хвороста настилается в 6футов вышиною, а под решеткой во всю длину и ширину сарая строится яма,
устилаемая плотно сомкнутыми и по швам смолою смазанными досками, глубиной в
три фута. Яма таковая служит для двоякой пользы: во-первых для собирания воды, стекающей с хвороста, если желают, чтобыоная не тратилась; во-вторых для собирания соли, когда оную обивают схвороста.
           Обстоятельствасии нужно знать тем, кои пожелают таковым способом приуготовлять Соль серую;
способ этот впрочем, не столько выгоден, как выпаривание Соли, но очень полезен
в случае недостатка в котлах исковородах».
<7>        

Здесь необходимо отметить, собирание раствора стекающего с хвороста, основной принцип
сгущения рассола в градирне.        

Я покане знаю, когда и где  сей принцип был применен для производства селитры, и оставляю в качестве вопроса для
любознательных.        

И вот здесь мне попался перевод из книги ИоганнаГмелина «Путешествие по Сибири», издания  1751-1752 года. Я не знаю автора перевода, очень жаль, но вот здесь дан перевод именно того места, которое нам необходимо.
( https://saline.site/istoriya/662   )«Известный путешественник и учёный ИоганнГмелин в своих заметках «Путешествие через Сибирь 1733-1743 гг.», писал:

 «…На южной стороне Куты имеются два соляных источника, отдалённые друг от друга на
ружейный выстрел. Нижний ключ, размером в полторы сажени, и в нём так много
воды, что похож на маленькое озерце; другой — не шире аршина. Над большим
источником устроен ящик, вроде колодезного сруба, из которого вытаскивают воду,
и через желоб подают в хижину, находящуюся в 10 саженях прямо в выварочную
сковороду.
О градирнях и градировании вэтих местах ничего не знают.
Сковорода имеет в глубину 7 вершков, вквадрате примерно 7 локтей и выкована из железа…».
<8>

«…Новая такая сковорода держится шесть лет,после чего уже никуда не годится, но и на протяжении этого времени часто
нуждается в исправлении. Она подвешивается за большие балки, и под неё
подкладывается огонь из дров. Первые два или три раза, когда в ней варят, соль
получается серая, поскольку сковорода кое-где протекает, и за 24 часа получают
20-25 пудов соли. Но когда все щели законопачены и в сковороде образовалась
корочка, соль становится белая как снег и за сутки получают уже 60 пудов соли.
За время вываривают по меньшей мере 847 вёдер воды; так как на дно оседает
нечто вроде белого песка, правда, соленого, но его выбрасывают как ненужный.
Этот соляной песок применяется с большой пользой на медеплавильных заводах в
Селенгинске, чтобы отделить железо. На месте эту соль казна продаёт за 17
копеек, в Илимске же и в других местах волости — по 27 копеек за пуд.
  

Очень выгодно для этой солеварни, потому как в тамошних местах большой избыток дров.
А так ещё много там хорошей пахотной земли и помимо солеварни заложили деревню
с мельницей, которую называют Усольской деревней, и имеет она большое
население…».
<8>

Здесь достаточно подробно описан способ производства соли иосновные инструменты, все те, что использовались в России.Но самое удивительное в описании это упоминание о градирнях,которые по времени получаются как бы раньше описанных французами. Не вдаваясь в подробности, приведу одну справочку по немецким градирням, когда, кто и какие
изобрел из Лексикона 1847 года..

«Градирню(Gradirhäuser) для ускорения испарения рассола, изобрел Матиаса Мета (Mathias Meth),
доктора из Лангенсальцы, и построил первую в 1579 год в Наухайме, вторую в 1599
году в Кёшау. Они состояли из стен из соломенных снопов, на которые лопатой рассыпался
рабочий рассол (позже накачивался). Фон Бейст (умер в 1771) использовал стены из терна для замены соломенных стен (до1725 года)».
<9>

Именно, градирня вида «терноваястена» получила широкое распространение в Европе. Выше приведеннаяинформация позволяет перейти к рассмотрению работы современных археологов. Тем более, похоже, что есть целый проект по раскопкам в долине реки Сей. 
Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Последнее редактирование: от onacle. Причина: что-то с текстом поехало.

Наша цивилизация. Место зарождения. 26 янв 2019 18:28 #868

Необходимо немного отвлечься. Есть такое понятие - Бургундские Ворота. Прямой проход из при-рейнских областей на территорию
современной Франции к бассейну рек Рона – Сона, и прямому выходу к Средиземному
морю.        

Бельфорский проход (фр.Trouée de Belfort)или Бургундские ворота (нем. Burgundische Pforte) — горный проход в
восточную часть Франции между горными массивами Юра и Вогезы. Образован
долинами реки Иль и Ду, соединяет бассейн реки Сона на юго-западе с Верхнерейнской
низменностью  на северо-востоке.  

Общая длина прохода 45км, ширина около 20—30 км, высота над уровнем моря 300—500 м. Дно прохода
образовано глинистыми, лёссовыми и суглинистыми грунтами, которые подвержены
размоканию во время дождей, что может сильно затруднить проходимость местности
вне дорожной сети. Поверхность прохода на значительном своём протяжении покрыта
лесами и пологими холмами с высотой около 150 м. Крутизна склонов холмов может
достигать средних значений.

На последней карте обозначены соленые источники Франш-Комте. Этот проход, вероятно, обеспечил
самое первое передвижение «из варяг в греки», кельто-эллины вышли из при-рейнской
области в огромный мир. Это был путь на юг, но одновременно поднимаясь по Соне вверх выходили в бассейн Сены с дальнейшим
движением на запад к океану.

Выше, при рассмотрении зеркал, я уже отмечал путь Аргонавтов, который, вероятно, проходил через этот
проход.

Правда, остается один темный вопрос, в каких местах Рейна существовали пороги???



 

 

На последней карте обозначены соленые источники Франш-Комте. Соль и стекло и даже стеклянные зеркала в этом районе мы уже нашли.

Есть вариант, что и первую глину здесь сумели приспособить для нужд. Вполне вероятно, что делалось это вот-так,
как делают современные русские мастера.При переводе одной из статей про экспериментальное изучение брикетажа (позже будет приведена), возник вопрос, что такое
coilingtechnique-метод намотки и
оказалось, что есть вот такой удивительный метод получения глиняных сосудов без применения гончарного круга. Его можно назвать метод для
детей, тем более самых древних.

 У нас он известен, как ленточно-жгутовая техника.




  

[/b] https://goncharnoe-delo.ru/blog/2014/09/29/lepka-iz-gliny-jgutiki/           

Я не буду вдаваться вподробности, но метод скатывания глиняных колбасок впечатляет!!!

А далее о современныхисследованиях древней технологии получения соли, причем, начиная где-то  с 2000 года, идет осень активная работа. 
Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Последнее редактирование: от admin.

Наша цивилизация. Место зарождения. 29 янв 2019 22:35 #869

А далее о современных исследованиях древних технологии получения соли, причем, начиная где-то с 2000 года, идет очень активная работа.

Далее я приведу переводы нескольких современных экспериментальных работ, дающих наглядную информацию о проблемах, возникавших при древнем производстве соли.

В статье Мариуса Алексиану, Иона Санду, Роксаны-Габриела Курка - «Огонь, рассол и дерево: первая пищевая добавка в мире удаленном от морей», приведено очень любопытное введение, перевод которого привожу ниже и там же приведены две любопытные таблицы по составу соли.

«Тем не менее, три престижных античных автора (Варрон, Плиний, Тацит) также упоминают необычную процедуру: разбрызгивание соленой воды на горящие угли в Галлии и Германии. Наиболее подходящим видом древесины, которая использовалась для этой цели, считался дуб. Для Тацита (Анналы 13, 57) этот процесс был настолько неправдоподобным, что в случае германских племен - Чатти и Эрмундури, которые использовали воду из соленой реки - их подход мог быть объяснен только верой. («Вот почему по милости все сильных божеств в этой реке и этих лесах зарождается соль, и при том не так, как у прочих народов, т. е. не из высохшей после разлива моря воды, но возникая от столкновения противоположных друг другу начал - вода и огонь, ибо добывают ее, поливая речной водой пылающую груду деревьев»).
Исключительный характер этого процесса привел к тому, что он считался лишенным доверия. Специалист-археолог (Matthias 1961, 119-225) в 1970-х годах также демонстрировал сомнения относительно данной информации, предоставленной авторами из Древней Греции и Рима, подчеркивая отсутствие каких-либо этнографических аналогов. На самом деле эти аналогии существовали, но они не были известны в археологических кругах. Прежде всего, в докладе 1784 года австрийского чиновника (Peithner 1784), частично опубликованном в 1982 году (Ceausu 1982, 377-392), указывается, что в Буковине (северо-восточная Румыния) румынские крестьяне получали кристаллы соли, заливая соленую родниковую воду «капля за каплей» от горящих ветвей; полученная таким образом соль использовалась в еде и пищевых продуктах для людей и животных. Менее чем через 10 лет образованный английский путешественник (Townson 1797, 39) также прокомментировал этот процесс, сославшись на особенно важные фрагменты Плиния и Тацита: «Следует отметить, что нынешние грубые жители Молдавии и Трансильвании, которые живут в окрестности соленых источников, имеют тот же метод заготовки соли, который был распространен среди древних галлов и немцев, то есть необходимо было постепенно наливать соленую воду на древесный огонь ». Почти через 200 лет после этого доказательства румынский археолог (Monah, 1991, 387-400) объявил себя доверяющим древним источникам, но только начиная с отчетов Пинтнера.
Два недавних археологических эксперимента, во Франции (Petrequin, O. Weller 2008, 255-279) и Румынии (Bodi 2007, 89-97), касались процесса, описанного греческими и латинскими авторами и писателями конце 18-го века. Однако считалось, что калий, полученный в результате сжигания древесины, определял «токсическую соль высшей степени». Что касается эксперимента в Румынии, рассол, использованный для этой цели, был привезен из источника Лунка - Пояна Слатинеи, где были обнаружены самые старые в мире остатки эксплуатации рассола (Weller, Dumitroaia 2005). Девяносто литров рассола постепенно разбрызгивали на 1,5 кубических метра древесины из трех пород - дуба (Quercus robur), ясеня (Fraxinus excelsior) и тополя (Populus sp.). В целом эксперименты подтвердили данные древних времен. Наблюдалось, что древесина дуба дает лучшие результаты в агломерации солей».
<10>

Состав соли в зоне кристаллизации снаружи: <10>


Состав соли в зоне с золой (внутри). <10>


Как видим, метод огонь-вода сохранялся в Европе еще долгое время после появления печатных работ античных авторов.

Здесь следует привести цитату из Варрона, которого не упомянута при перечислении древних авторов:

«Когда я вел войско к Рейну, то в глубине Трансальпийской Галлии я зашел в несколько таких областей, где не растет ни лозы, ни маслины, ни фруктовых деревьев, где поля унавоживают белой ископаемой глиной, где нет соли, ни ископаемой, ни морской, и вместо нее пользуются солеными углями, на которые пережигают какие-то дрова». <11>

Следующие две работы относятся уже к более позднему периоду производства соли с использованием метода брикетажа, хотя, возможно, на первоначальном этапе применялся метод огонь-вода для сгущения рассола, но пока нигде этого не отмечено.

«Наш эксперимент был нацелен на проверку двух гипотез: а) кристаллизация соли на огне и б) кристаллизация соли с использованием сосудов, которые при разрушении дают фрагменты брикетажа…

Для получения соли путем прямой кристаллизации производился огонь с использованием древесины трех пород - дуба (Querqus robur), ясеня (Fraxinus excelsior) и тополя (Populus sp.). Первая стадия возгорания состояла в возведении платформы из расколотых дубовых стволов. Платформа была поднята примерно на 0,30 м над поверхностью земли, чтобы полностью сжечь древесину. Размеры платформы были примерно 1,40 на 1,20 м. При создании горящей кучи кусочки ясеня размещались внизу, а ветви тополя - вверху.

Высота горящей кучи составляла примерно 0,85 метра от платформы, в общей сложности использовалось 1,5 куб. м. древесины. Конструкция кучи и выбор используемых пород дерева зависели от наличия на месте. Процентное содержание для каждого вида древесины составляло приблизительно 60% тополя, который представляет собой мягкую древесину, и приблизительно 40% ясеня и дуба, которые являлись твердыми породами древесины.
Количество соленой воды, использованной для этого эксперимента, составило 90 литров из источника Лунка-Полина Слатинеи (Lunca-Poiana Slatinei).
После поджога кучи соленая вода постепенно разбрызгивалась на нее до тех пор, пока 90 литров не были израсходованы. Куча горела в течение 5 ч 46 мин, считая с момента, когда она была подожжена, в 08:44 и до момента, когда погасло последнее пламя, в 14:33. Первые кусочки кристаллизованной соли можно было собирать примерно через 25 минут после того, как пламя погасло, в 14:56.

Соль, полученная в результате этого эксперимента, обладала низкой степенью чистоты и содержала в своем составе большое количество древесного угля. В то время, когда кристаллы соли были собраны, было замечено, что соль кристаллизовалась на твердой древесине (дуб и ясень), представляла собой большие, легко собираемые фрагменты, которые в некоторых случаях образовывали отрицательный элемент из дерева. Соль, кристаллизованная на мягкой древесине (тополь), представляла собой небольшие осколки, которые было сложнее собрать.

Большая часть собранной соли состояла из фрагментов, кристаллизованных на твердой древесине, и весила 1,3 кг. Было невозможно измерить количество золы в соли.

Чтобы получить соленые кексы в процессе брикетажа, мы подготовили для эксперимента девять резервуаров. Они имели коническую форму, высотой около 30 см и диаметром отверстия около 10 см. Для изготовления горшков использовалась мелкая серая глина, собранная из оврага в окрестностях поселения Кукутень-Чететуйе. Количество соленой воды, использованной в эксперименте, составило 10 литров из источника в Гарцине - Пятра-Нямц. Для кристаллизации соли в процессе брикетажа использовались два подхода. Первый заключался в предварительном нагреве горшков и их помещении в неглубокую канаву, где постоянно накапливался горячий пепел. Соленую воду добавляли в небольших количествах, пытаясь избежать полного испарения или создания тепловых шоков.

Второй метод состоял в том, чтобы поместить предварительно нагретые горшки, заполненные соленой водой, вблизи огня и оставить их там заполненными соленой водой, без дальнейшего добавления соленой воды. Когда эксперимент был завершен, было замечено, что тонкая глина, которая использовалась для изготовления горшков, оказалась неэффективной в компенсации тепловых ударов, причем все горшки имели трещины, которые сделали их непригодными для использования. В первом случае была повреждена только нижняя часть горшка. Эту ситуацию, вероятно, можно было бы избежать, добавив в глину вещество, богатое силикатами (например, измельченные ракушки), чтобы повысить устойчивость к тепловому удару. Во второй ситуации горшки, расположенные близко к огню, имели трещины по всей высоте. По нашему мнению, этот факт доказывает существование теплового шока с большой амплитудой. Эти наблюдения заставляют нас полагать, что наиболее вероятный метод кристаллизации соли в брикетаже состоял в том, чтобы помещать сосуды в горячую золу.

Соль, полученная в нашем втором эксперименте, имела более высокую степень чистоты, чем в методе разбрызгивания рассола над огнем, и имела чисто белый цвет. Даже если бы наш эксперимент был успешным, мы полагаем, что было бы трудно получить неповрежденный кекс из соли, так как кристаллы соли прилипали к горшку.

Основываясь на наших экспериментах, кристаллизация соли на огне оказалась более эффективной, поскольку время получения солевого кекса при брикетаже, по-видимому, превышает 12 часов, и нам не удалось получить настоящий соленый кекс. Основная причина нашей неудачи состоит в том, что ни один из горшков не сопротивлялся достаточно долго без растрескивания, либо из-за производственных дефектов, либо из-за отсутствия опыта у экспериментатора. С точки зрения качества, соль, полученная в горшках, была чистой, в то время как соль от огня, вероятно, потребовала бы дальнейшей обработки для потребления человеком.

В заключение, мы считаем, что такой эксперимент следует проводить вблизи источника с соленой водой, так как для этого требуется большое количество соленой воды. Мы считаем, что для кристаллизации соли на куче следует использовать лиственные породы, такие как дуб, ясень или бук. Это наблюдение может быть подтверждено с помощью анализа угля из отложений Старчево-Крис из Лунца-Пояна Слатинеи. Если будущие антракологические определения из Лунки подтвердят наличие твердой древесины, у нас будет еще один аргумент в поддержку идеи кристаллизации соли на огне.

Чтобы продолжить эксперименты по кристаллизации соли в горшках, необходимо будет изготовить новые резервуары, точнее воспроизвести найденные археологические фрагменты и использовать смесь глины с повышенной устойчивостью к тепловым ударам. Горшки также должны быть меньше по размеру и лучше защищены от прямого нагрева во время эксперимента. Хотя наши эксперименты не увенчались успехом, нам нравится рассматривать их как учебные операции для будущих экспериментов».
<12>

В статье Мариуса Алексиану, Иона Санду, Роксаны-Габриела Курка «Огонь, рассол и дерево: первая пищевая добавка в мире удаленном от морей», приведена таблиц по химическому составу рассола из Лунка-Полина Слатинеи, а это рассол который использовался в работе Г. Боди.


И сразу можно сделать оценку выхода соли при поливании огненной кучи соленой водой в работе Г. Боди. Использовалось 90 литров, то есть полный выход должен был быть 1,4 кг. Странно, но они говорят, что собрали 1,3 кг, правда, с примесью золы, но все равно многовато!

Таким образом, наглядно показано, что способ получения соли посредством поливания соленой водой горящих дров, указанный древними авторами, вполне работоспособен и дает очень большой выход соли. Вероятно, это и был самый первый способ добывания соли, который имел и мистический смысл.
Соединение воды и огня давало совершенно белую соль – ЧУДО №1.
Следующим шагом в развитии производства соли вполне мог стать метод брикетажа. Это производство стандартизованных количеств соли в глиняных сосудах. Отсюда сразу же должно было появиться понятие веса и штучный счет.
Вложения:
Спасибо сказали: admin

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Наша цивилизация. Место зарождения. 31 янв 2019 13:35 #870

В статье «Брикетаж и соленые кексы: экспериментальный подход к доисторической техники», группа румынских авторов <13> описывает эксперименты по получению твердых стандартизированных кусков соли. Данный эксперимент есть прямое развитие эксперимента Г. Боди. Приведу перевод почти всей этой статьи, много там чего интересного.

«Методы извлечения соли из морской воды или источников рассола, добыча каменной соли, транспортировка и торговля солью, а также социальная и духовная символика соли - это лишь некоторые вопросы, рассматриваемые археологами (для всестороннего обзора и литературы, см. Harding, 2013).

Один из доисторических методов производства соли, который был подтвержден во всем мире, состоял в использовании керамических сосудов, известных как брикетаж, для искусственного испарения соленой воды. Этот метод, довольно трудоемкий, служил для получения затвердевших кусков соли, которые можно было транспортировать на средние и большие расстояния, скорее всего, для торговли различными видами товаров (Monah, 1991). Хотя этот метод кажется на первый взгляд очень заманчивым для экспериментальных подходов, число попыток такого рода относительно невелико, и результаты часто кажутся неубедительными.

Предыдущие эксперименты были в основном сосредоточены на создании и использовании сложных установок, таких как печи и другие специальные конструкции, которые в первую очередь характерны для производства брикетированной соли железного века в Центральной и Западной Европе (Mesch, 1990, 1991; Daire, 1994; Hees , 2002a, 2002b; Chaidron, 2002). Археологические данные, лежащие в основе экспериментов, характер и количество используемого сырья, методы, этапы и сроки четко раскрыты.
Что касается результатов, были сделаны точные и ценные наблюдения, но, хотя и не всегда четко заявлено, экспериментаторам не удалось достичь твердых солевых блоков. Принимая за основу археологические свидетельства из доисторических мест Прикарпатской области Молдавии (Румыния), предыдущие попытки и некоторые этноархеологические данные, которые описывают современное использование керамических резервуаров в качестве форм для получения кусков соли, была инициирована серия экспериментов, которые проверили технологическую цепочку изготовления затвердевших кусков соли из натурального рассола. Для этой цели использовались брикетажные сосуды, в которых испарение рассола осуществлялось с помощью открытого огня, как это предполагают археологические открытия.

Цели экспериментов заключались в следующем: наблюдение воздействия открытого огня на такие резервуары, наполненные соленой водой или солевым раствором различной концентрации; наблюдение количества времени, необходимого для кристаллизации и отверждения соли, в зависимости от используемого топлива и достигнутых температур; методы испытаний на извлечение куска соли из керамического покрытия; (субъективная) оценка усилий, предпринятых в рамках этой операции.


2 Техника брикетажа - археологический фон.

2.1. Основные этапы доисторической эксплуатации соленой воды в Европе и открытия румынского брикетажа.

Археологические раскопки по всей Европе предоставили дополнительные свидетельства о доисторической эксплуатации соленой воды (морской воды или внутреннего рассола), которая превращалась в твердую соль посредством принудительного испарения с использованием огня и глиняных контейнеров. Следует упомянуть многочисленные неолитические и халколитические памятники (например, Барыч) из области Величка (Южная Польша), которые содержали многочисленные очаги и большое количество керамики, интерпретируемой как брикетаж (Jodłowski, 1969, 1971; 1977). В Провадия-Солнницата (Болгария, среднехалколитный период) в ямах - отопительных установках, по словам авторов, было обнаружено огромное количество черепков, также интерпретируемых как брикетаж (Nikolov, 2011, 2012; Weller, 2012). Сосуды типа «Шамп-Дюран», найденные в нескольких местах позднего неолита в центрально-западной Франции, были недавно приняты во внимание как доказательство искусственного испарения рассола, гипотеза подтверждается также технологическим и химическим анализом (Ard and Weller, 2012).

Для бронзового века, техника брикетажа засвидетельствована почти по всей Европе (Harding, 2013), хотя и в значительно меньшем масштабе, чем в более поздние периоды. Стоит упомянуть о выдающемся количестве фрагментов брикетажа с участков района Галле (долина Заале) - техника заключаkfcm в размещении над огнем резервуаров из глины различных форм и размеров, заполненных рассолом, причем сами резервуары поддерживались глиняными постаментами (Riehm, 1954; Matthias, 1961). Значительное расширение добычи и производства соли, включая технику брикетажа, можно заметить в Центральной и Западной Европе в период перехода к железному веку и через него. Промышленные разработки в долине реки Зейль (Olivier and Kovacik, 2006) и долине Сомма (Prilaux, 2000; Weller, 2000a) выделяются в качестве основных центров производства соли с миллионами кубометров, остатков глиняных форм для соли и специализированных печей".




Рис. 1. Карта распространения мест, упомянутых в тексте. Легенда: 1. Качика, округ Сучава; 2. Сольца, округ Сучава; 3. Раучешть, округ Нямць; 4. Лунка, округ Неамто; 5. Оглинзи, округ Нямць; 6. Толичи, округ Нямць; 7. Кукутень, округ Яссы.

Археологические исследования участков вблизи источников рассола из подкарпатской области Молдавии, северо-восточная Румыния (рис. 1) представили существенные доказательства практики техники брикетажа. Самые ранние фрагменты брикетажа относятся к раннему неолиту (культура Старцево-Крис) в Солча-Слатина-Маре (Ursulescu, 1977; 2000; 2011). Гораздо более многочисленны брикетажные черепки, найденные в местах, где халколит (культура Кукутень): Cacica, Solca (Nicola et al., 2007), Raucesti-Munteni, Lunca, Oglinzi (Dumitroaia, 1994), Tolici (Dumitroaia et al., 2008) , Брикетажные черепки обычно обнаруживались в условиях сильного горения - очаги, кучки пепла, обугленные дрова (Cavruc and Dumitroaia, 2006), но нет сложных установок (печей), которые использовали горючее топливо, и нет подвижных опор для поднятия этих контейнеров над источником тепла (как в случае более поздней эксплуатации из бронзового и железного веков во Франции, Германии, Великобритании и т. д.).

Независимо от места и времени, к которому она принадлежит, функция брикетажа была связана с процессом получения соли. Процесс выполнялся либо путем непосредственного кипячения рассола или постепенного повторного заполнения сосудов по мере испарения воды, либо путем нагревания густой пасты соли, предварительно сконцентрированной из жидкого рассола. После полного испарения воды соль становилась твердой и компактной, приняв коническую форму контейнера. Наконец, резервуары удалялись из огня и разламывались, чтобы освободить блоки соли.

Эта гипотетическая технологическая цепочка с небольшими вариациями встречается в многочисленных работах, посвященных доисторической соли, и становится почти аксиоматической.

2.2. Технологическая и химическая характеристика брикетажных сосудов (резервуаров) из Подкарпатской Молдавии.

Согласно довольно поверхностным описаниям в литературе, фрагменты брикетажа принадлежат к квази-конусным сосудам ручной сборки с расширенным основанием. Широкие основания были разработаны, чтобы предотвратить случайное опрокидывание резервуаров при нагревании, что имеет смысл при отсутствии опорных установок (печей, опор и т. д.). Что касается размеров, они варьируются от 10 до 20 см в высоту, 12-15 см для диаметра обода и 7-12 см для базового диаметра.

Как внутренние, так и наружные поверхности довольно шероховатые, на скорую руку сглаженные. Глина обычно смешивалась с шелухой и / или шамотом и крупным песком.

Единственный археометрический анализ (минералогический состав по XRD, химического состава по SEM-EDX и FTIR), выполненный для румынского брикетажа - Tolici (округ Neamt¸) и Cacica (округ Suceava) показал использование местных глин для этого типа резервуаров. Кроме того, присутствие хлора и высокие концентрации натрия были интерпретированы как дополнительные доказательства их использования в качестве форм для соленых кексов.




Рис. 2. Фрагменты брикетажа из Толичи, уезда Нямць и свежие разломы указанных черепков. (Фото Ф. А. Тенкариу).

Для лучшего технологического понимания этих керамических резервуаров, мы уделили особое внимание нескольким хальколитовым фрагментам брикетажа из Толич (округ Нямцзу). Черепки принадлежали основаниям шести брикетажных сосудов (рис. 2). Песчаная глина, с хорошей сортировкой, кажется спешно подготовленной, а также формованием и сглаживанием поверхностей. Фрагментация может указывать на формирование основания из комка глины, причем тело формируется впоследствии с использованием техники намотки. Поверхности были только поверхностно сглажены пальцами, пока глина все еще была влажной. Изучение свежих, почвенных разрывов трех фрагментов (рис. 2) показало значительное количество растительных волокон (~ 10-15%) в качестве материала для смешивания. Пустоты, возникающие при сжигании органического материала (до 2 мм), делали ткань достаточно пористой, технологический выбор, который мог быть связан с эффективностью нагрева и термостойкостью сосуда.
Другой примеси (шамот, крупный песок и т. д.) не наблюдалось; некоторые мелкие (<0,5 мм) и округлые зерна кварца, несомненно, являлись естественными включениями исходной глины…
4. Брикетаж - эксперименты.
4.1. Первый эксперимент.
Эксперименты проводились за пределами села Кукутень (рис. 1), недалеко от Музея археологии, в том же районе, где недавно были построены и сожжены некоторые доисторические дома, в рамках проекта археологического парка Кукутень (Cotiuga, 2009). Первая попытка была предпринята в августе 2012 года, до того, как была описана выше более тщательная документация, чтобы удовлетворить любопытство больше, чем как строгий археологический эксперимент.

Были использованы четыре брикетажных сосуда, изготовленных вручную (методом намотки) из глины, происходящей из близлежащего участка Кукутень-Четатуйе, с небольшим количеством шелухи.

Размеры резервуаров были почти одинаковыми - высота около 13 см, диаметр обода около 12 см, диаметр основания около 10 см и толщина стенки 1 см. Сосуды предварительно были обожжены в электрической печи в течение 2 ч при 650 градусах.

Мы использовали рассол из источника Слатиор (недалеко от деревни Оглинзи, округ Нямць - рис. 1) с минерализацией 36,8%. Один сосуд был заполнен соленой водой и снова наполнялся при ее испарении, а два других - достаточно жидкой пастой, образовавшейся в результате отдельного кипячения рассола. Использовался также необожженный брикетаж, наполненный соляной пастой, а также горшок, изготовленный профессиональным гончаром. Вокруг них зажигался огонь, который шел на твердой древесине (дуб).




Рис.4 Первый эксперимент в технике брикетажа.

Постепенно угли вытягивались по направлению к сосудам, увеличивая температуру (измеренную по соли в брикетаже 2) до 130 градусов в течение 30 минут и до 350 градусов в течение 2 часов. Все сосуды треснули во время процесса нагрева, а из сосуда, содержащего жидкость, рассол просочился, кристаллизуясь снаружи сосуда (рис. 4 / 3-5). В горшках с пастой не было значительной утечки, и соль затвердевала довольно быстро (рис. 4 / 1-2, 6-7). Через 2 ч и 30 мин непрерывного нагрева резервуары извлекали из огня и пытались извлечь комки соли, разбивая горшки. Соль была полностью сухой, но попытка получить компактные лепешки не удалась - солевые блоки ломались, а их части остались связанными с фрагментами брикетажа (Рис. 4/8). Кроме того, масса соли была очень пористой и легкой из-за высокого содержания воды в солевой пасте. При быстром кипении и испарении вода вызывала чрезмерную пористость.
4.2 Второй эксперимент.
Учитывая наблюдения, сделанные во время первой попытки в 2012 году, и интимную археологическую и этнографическую документацию, было принято решение начать второй набор экспериментов в марте-апреле 2014 года. Этот подход состоял из двух отдельных этапов, первый из которых касался изготовления и нагревания резервуаров, а второй - приготовление соленых кексов в этих контейнерах. На этот раз больше внимания было уделено производству брикетажа, используя в качестве ссылок как информацию, имеющуюся в литературе (Ursulescu, 2011; Nicola и др., 2007; Sandu и др., 2012), так и наши собственные замечания, сделанные в отношении некоторых фрагменты брикетажа из доисторических мест обитания Толи (округ Нямц) и Качика (округ Сучава). Таким образом, сосуды формировались из обычной глины в технике намотки (en colombin) (Рис. 5 / 1-5). Для приготовления глиняного тела, использовалась мелко нарезанная зерновая солома (~ 10-15% от общего объема, для 10 резервуаров) и небольшие количества (<5% от общего веса глины) дробленого шамота и грубого песка (от 1/4 до 1 мм) использовались отдельно и в комбинации».
<13>



Рис.5. Производство брикетажных сосудов.

«Учитывая наблюдения, сделанные во время первой попытки в 2012 году, и интимную археологическую и этнографическую документацию, было принято решение начать второй набор экспериментов в марте-апреле 2014 года. Этот подход состоял из двух отдельных этапов, первый из которых касался изготовления и нагревания резервуаров, а второй - приготовление соленых кексов в этих контейнерах. На этот раз больше внимания было уделено производству брикетажа, используя в качестве ссылок как информацию, имеющуюся в литературе (Ursulescu, 2011; Nicola и др., 2007; Sandu и др., 2012), так и наши собственные замечания, сделанные в отношении некоторых фрагменты брикетажа из доисторических мест обитания Толи (округ Нямц) и Качика (округ Сучава). Таким образом, сосуды формировались из обычной глины в технике намотки (en colombin) (Рис. 5 / 1-5). Для приготовления глиняного тела, использовалась мелко нарезанная зерновая солома (~ 10-15% от общего объема, для 10 резервуаров) и небольшие количества (<5% от общего веса глины) дробленого шамота и грубого песка (от 1/4 до 1 мм) использовались отдельно и в комбинации». <13>

Здесь на рисунке авторов статьи приведена так называемая Колумбийская техника (en colombin), но показана она не совсем наглядно, особенно принципиальный элемент – глиняные колбаски. Те самые колбаски, которые в нашем русском методе, упомянутом выше, как ленточно-жгутовая техника, являются основой производства и в том и другом методе.

Поэтому приведу фото из немецкой Вики колумбийской техники. (Wulsttechnik)







Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Наша цивилизация. Место зарождения. 02 фев 2019 11:23 #871

Продолжим перевод статьи <13>.

«С учетом первоначального вида сосудов такого типа внешняя и внутренняя поверхности были сглажены только поверхностно и небрежно (Рис. 5/6). Форма представляет собой усеченный конус, с прямыми или слегка изогнутыми стенками и сильно расширенным основанием. С точки зрения размеров, хотя мы пытались стандартизировать весь брикетаж, все же неопытность «гончаров» вызывала небольшие отклонения от сосуда к сосуду. Таким образом, изготовленные 17 брикетажных резервуаров (рис. 5/7) имели общую высоту в диапазоне от 12,7 до 14,5 см, глубину от 11 до 13 см, диаметр обода от 12,5 до 13,5 см, диаметры основания от 8 до 12 см и толщину стенки от 0,5 до 0,7 см Таким образом, приблизительные объемы резервуаров варьируются от 450 до 550 кубических см.
Сосудам давали высохнуть в течение двух недель, в помещении, при лабораторной температуре (~ 18-20 гр. С).

Обжиг в Кукутень проводился в простой, заглубленной печи, ранее использовавшейся трижды. Это коническая яма, вырытая в естественном склоне холма, с глубиной 1 м, верхним отверстием диаметром 0,5 м и основанием диаметром около 1 м. Внизу в печи имеется небольшая квази-прямоугольная топка для подачи топлива (Рис. 6/1).

Этот тип печи засвидетельствован в нескольких румынских неолитических поселениях (Tencariu 2010). Обжиг (подача топлива) длилось около 7 ч (от 16 ч 20 мин до 23 ч 30 мин), для чего потребовалось приблизительно ¼ кубометра, древесины твердой породы - частично высушенного бука и мягкой древесины – сушеные ивовые прутья.

Первоначально печь была высушена и нагрета, огонь внутри начинали, в течение примерно 20 минут, с использованием легковоспламеняющихся высококалорийных материалов - тростника и сухих пихтовых веток.


Рис. 6. Обжиг брикетажный сосудов.

Затем зола удалялась, и при температуре 35-40 градусов внутри печи располагались сосуды, некоторые лежали на боку, а другие в вертикальном положении вверх дном (Рис. 6/2). Таким образом, мы хотели пронаблюдать, как влияет расположение сосудов в печи на их окончательный внешний вид (цвет снаружи или цвет внутри). Верхнее отверстие было частично покрыто плоскими камнями. Огонь зажигался на расстоянии примерно 0,5 м перед топкой и постепенно выталкивался в печь для медленного нагрева сосудов (рис. 6 / 3-5). Во время обжига температуры измерялись с относительно равными интервалами времени, их эволюция суммировалась в таблице 2 (для каждого измерения первое значение - это температура сосудов в задней части печи, наиболее удаленной от огня, и второе это температура сосуда ближайшего к топке)».[/i] <13>




Таблица 2. Изменение температуры брикетажных сосудов во время обжига.

В такой простейшей печи смогли разогнать температуру до 750 градусов! Да здесь стекло варить уже можно!!!!

«Вторая часть эксперимента состояла из использования брикетажных сосудов для получения соленых кексов. Происхождение рассола было таким же, как и в предыдущем эксперименте. Первоначальная обработка выпариванием / кипячением соленой воды не была первичной целью экспериментов, поэтому для получения солевой пасты, используемой для брикетажа, использовали большой оловянный котел, в котором кипятили 30 л рассола (рис.7 / 1). После приблизительно 4 ч кипячения основная часть воды испарялась, оставляя солевую взвесь полужидкой консистенции. В первой попытке мы использовали два брикетажных и контрольный сосуд, изготовленный на гончарном круге профессиональным гончаром, цилиндрический с хорошо сглаженными и очень тонкими стенками. Один из резервуаров первоначально был заполнен соленой водой, оставлен на несколько минут, затем осушен и оставлен высыхать в попытке насытить поры солью и избежать слияния соленой массы и стенок сосуда. Три сосуда были заполнены солевым раствором (Рис. 7/2), и вокруг них разожгли огонь, который поддерживался в течение приблизительно 3 часов (Рис. 7/3).


Рис. 7. Второй эксперимент. Заполнение и нагревание резервуаров.

В течение первых 30 минут на всех трех сосудах образовались горизонтальные и вертикальные трещины, но, по-видимому, они не влияли на массу соли. Когда кусочек соли оказался достаточно твердым (температура поверхности соли превышала 300 градусов), сосуды извлекли из огня и попытались разбить легким ударом.


Рис. 8. Второй эксперимент. Разбивание резервуаров.

Было отмечено, что разбрызгивание холодной воды на горячий сосуд приводит к появлению множества трещин, способствующих поломке (Рис. 8/1). Как и в первом эксперименте, разрушение сосудов также приводило к разрушению соленого кекса, его части оставались прикрепленными к частям брикетажа (Рис. 8 / 2-3). Зато кекс из сосуда, изготовленного на гончарном круге, с гладкой внутренней частью остался неповрежденным, удаление черепков было очень легким (Рис. 8 / 4-6).


Рис. 9. Второй эксперимент. Подготовка, нагрев и разрушение брикетажа с изолирующей прокладкой.

Таким образом, следуя гипотезе о том, что без гладких внутренних поверхностей изолирующий слой между стенками сосуда и солью может способствовать целостности блоков, другие резервуары были подготовлены для использования. Поэтому один из них был обработан растиранием его внутренней поверхности углем, другой был покрыт слоем листьев, а третий сосуд был смазан животным жиром (Рис. 9 / 1-3). Три сосуда были помещены в огонь и оставлены примерно на 2 часа (Рис. 9/4).
Однако сильный ветер помешал продолжению горения огня, поэтому сосуды были сняты и разбиты.
Изолирующий слой оказался решением для легкого отделения солевого блока от сосуда (рис. 9 / 5-8), при этом черепки легко отрывались молотком. На этот раз, однако, соляные блоки разбились на куски из-за недостаточного воздействия высоких температур (ветер препятствовал концентрации тепла в области сосудов), что привело к неполному испарению воды и, следовательно, к недостаточному сцеплению соленой массы.



Рис. 10. Второй эксперимент. Подготовка изолирующей прокладки и заполнение резервуаров.

Позже, при благоприятных климатических условиях и уже имея опыт предыдущих попыток, эксперименты были возобновлены с использованием трех брикетажных сосудов. Двадцать литров рассола доводили до кипения (используя те же самые современные методы) до состояния густой каши, почти до потери текучести. Внутреннюю поверхность одного резервуара натирали свиным жиром и оставляли на солнце (Рис. 10/1). Два других покрывались двойным слоем длинных листьев - лопуха (Arctium lappa) и садового щавеля (Rumex Patientia) (рис.10 / 2-3).

Три сосуда были заполнены пастой соли и спрессованы куском дерева (Рис.10 / 4-7), чтобы удалить воздушные карманы во внутренней части и в то же время заставить избыток воды выйти на поверхность для удаления. Горшки были помещены в защищенном от ветра месте, и вокруг них зажигался огонь, который поддерживали сухой еловой древесиной (~ 20 кг) с более высокой теплотворной способностью. Как и в предыдущих экспериментах, сосуды треснули в разной степени, но целостность соляной массы не пострадала (рис. 11 / 1-2).



Рис. 11. Второй эксперимент. Нагрев и ломка резервуаров с изоляционным слоем. Полученные соленые кексы.

Примерно через полтора часа, когда температура на сосудах превысила 450 градусов, паста из соли высохла и полностью затвердела.

После удаления резервуаров из огня, черепки, вызванные трещинами, были легко удалены легким ударом (Рис. 11 / 3-4, 7-8, 11-12). Соленые кексы, очень плотные и твердые, оставались целыми и прекрасно сохраняли форму сосудов, в которых они были изготовлены (Рис. 11/6, 10, 13). Солевой блок из сосуда, обработанного свиным жиром (фиг.11 / 10), весил 890 г, один из сосудов, покрытый листом лопуха (фиг.11 / 13), весил 770 г (листовой слой уменьшал объем брикетажа) а тот сосуда, который был заполнен лишь частично, покрытый листьями щавеля (Рис. 11/6), весил 390 г.
Черепки брикетажа из-за воздействия высоких температур в присутствии кислорода снаружи и углерода из изолирующих слоев внутри изменили свой первоначальный вид. Таким образом, они приобрели красноватый оттенок (от светло-красного до красновато-коричневого цвета) снаружи и темный цвет внутри, что также встречалось на доисторических фрагментах брикетажа. Сопоставляя свежие изображения разломов двух пар доисторических и экспериментальных черепков, можно наблюдать сходство, как в распределении, так и в количестве пустот, вызванных растительными включениями, а также с точки зрения цветов, вызванных двумя последовательными воздействиями огня в различные условия обжига.
5. Обсуждение.
Эксперимент, в общем смысле процедура, применяемая для проверки гипотезы, является основой современной науки. Кроме того, в археологии эксперимент давно превзошел статус хобби или занятий в выходные дни, став неотъемлемой частью археологической науки (Forrest, 2008; Paardekooper, 2008). Чтобы быть научно обоснованным, археологический эксперимент должен соответствовать определенным научные критерии (Ашер, 1961; Келтерборн, 2005). Следовательно, можно рассматривать археологический эксперимент как гипотетически-дедуктивный процесс, в котором гипотеза, которая уже существует или сформулирована экспериментатором, проверяется экспериментом, подтверждая, что он может быть признан недействительным. Если она признана недействительной, она удаляется и заменяется другой, проверяемой в свою очередь.
Если гипотеза выдерживает проверку экспериментом, то ее можно считать действительной, что не обязательно означает, что она истинна или уникальна (Reynolds, 1999).

В случае археологического эксперимента действительная гипотеза (или более, для того же предмета эксперимента) является предпосылкой, которая, основываясь на археологических данных, с которых начался эксперимент, и других, если таковые имеются (например, этноархеология), может быть частью логического процесса, связанного с доисторическим объектом, технологией или поведением. Однако гипотеза, проверяемая археологическим экспериментом, должна обязательно основываться на археологических данных, в противном случае она не только неверна, но и полностью ошибочна (Reynolds, 1994; Outram, 2008).

Первый эксперимент, хотя и может считаться неудачным, позволил провести некоторые предварительные наблюдения. Начиная с того, что непосредственное использование рассола в резервуарах не является жизнеспособным решением, поскольку при кипячении и выделении водяного пара солевая масса становится очень пористой и не очень компактной, образуя «туннели» для выхода пара. Таким образом, соленая лепешка очень хрупкая и менее стойкая, даже при минимальном воздействии или простом обращении. Кроме того, возможное появление трещин в стенках брикетажа приводит к тому, что вода стекает наружу, что предотвращает образование и последующее извлечение солевого кекса. Это неудобство может быть частично преодолено путем постоянного перемешивания содержимого (как предполагают некоторые этнографические отчеты), но это действие невозможно в условиях открытого огня - температура слишком высока и всегда существует риск переворачивания сосудов.

То же самое относится к использованию чрезмерно жидкой пасты соли - избыток воды оказывает такое же влияние на солёный кекс. Еще одно существенное неудобство при получении соляных блоков, что определяется пористостью стенок сосуда. Во время нагревания рассол проникает в стенки и впитывается в поры, вызывая кристаллизацию соли, прочно связанную с солью внутри сосуда. Другими словами, внутренняя соляная масса практически приваривается к стенкам, так что при разрушении брикетажа также разрушается солевой блок.

Таким образом, можно усомниться в прямом использовании рассола или жидкой солевой пасты. Новая гипотеза, подлежащая проверке во втором эксперименте, заключалась в использовании более концентрированной солевой пасты.

Рассол кипятили отдельно до почти полного испарения воды, и эту влажную соль выливали и прессовали в брикет. Еще одна проверенная гипотеза заключалась в создании изолирующего слоя между стенками сосудов и массой соли для облегчения извлечения цельных солевых кексов».
<13>

На самом деле процесс брикетажа подразумевает предварительное сгущение рассола. И здесь возможны два варианта. Либо наличие свинцовой сковороды для выпаривания, это уже время металла. Либо использование метода получения соли посредством поливания рассолом горящих углей и в дальнейшем создание концентрированного рассола с последующим до выпариванием на солнце. В таком случае можно было бы использовать только глиняные формы.

«Практика герметизации стенок резервуаров до кипения смесью рассола и кукурузы или коровьего навоза также встречается в некоторых этнографических ситуациях (Reina and Monaghan, 1981; Gouletquer et al., 1994). Эта операция, проведенная с материалами, имеющимися в предыстории (крупные листья и животный жир), оказалась «победным ходом», потому что после удаления из огня керамическое покрытие удалялось очень легко, а соляные блоки оставались нетронутыми и не подвергались воздействию изоляционного слоя. Следовательно, можно считать обоснованной, но не обязательно верной и / или единственной гипотезу использования брикетажа на открытом огне, заполненного пастой из влажной соли (не жидкой) и избегания прямого контакта между стенкой сосуда и комком соли, созданием изолирующего слоя.

Эти наблюдения возвращают нас к археологическим данным, с которых мы начали, а именно к фрагментам доисторического брикетажа. Простое макроскопическое сравнение черепков, полученных в результате экспериментов с хальколитовыми фрагментами, показывает существенное сходство с точки зрения цвета, пористости и способа фрагментации (рис. 12). Анализ экспериментальных брикетажных черепков показал наличие хлора, постепенно распространяющегося через стенку сосуда. Несмотря на недавнее воздействие соли, количество хлора является относительно низким из-за изолирующих слоев, которые предотвращали массивное проникновение соли (в этом отношении ни одна из пустот, созданных растительными включениями, не была занята ей).

Для доисторических брикетажных черепков квази-отсутствие соли объясняется педологическими процессами - меньшим содержанием влаги, растворением и загрязнением - все они связаны с метеорной или фреатической водой, которая «омывала» их с течением времени (Sandu et al., 2012).
Не только это, но и гипотетическое разделение соли и стенок резервуара (более или менее похожее на наши эксперименты) могло бы остановить инфильтрацию соли, отсюда и недостаток хлора. Следующим этапом было бы тщательное исследование доисторических брикетажных сосудов на предмет возможных органических остатков (особенно липидов) в стенках, что могло бы привести к еще одному частичному подтверждению гипотезы, проверенной экспериментом.



Таблица 4. Усилия, связанные с созданием трех экспериментальных соленых кексов с использованием техники брикетирования.

Несколько слов необходимо сказать об оценке усилий (с точки зрения количества сырья, времени и количества людей, занятых в каждой деятельности), связанных с приготовлением экспериментальных солевых кексов (Таблица 4 - только вторая серия экспериментов, начиная с 2014 года, учитывалась). В этом отношении эти параметры имеют ограниченную археологическую значимость по нескольким причинам: действующие лица были довольно неопытны в некоторых специфических операциях (например, формировании идентичных брикетажных сосудов). По объективным причинам некоторые этапы процесса производства были пропущены или выполнены современными средствами (рассол и дрова были доставлены на машине к месту эксперимента, дрова уже были разрезаны на бревна среднего размера, рассол был сконцентрирован с помощью оловянного котла); в итоге было получено только три соленых кекса, даже если изначально было изготовлено 17 брикетажных сосудов.

Однако для получения трех твердых блоков соли потребовалось около 41 часа ручного труда. Каждую операцию выполняли два человека (не один и тот же человек для всех операций). Вся технологическая цепочка включала три основных вида сырья, а именно: глину (для резервуаров), рассол (для получения соли) и топливо (для обжига сосудов, первоначального испарение рассола и нагрева брикетажа для затвердевания солевой пасты), все в значительных количествах. Конечно, это сырье было легко доступным, но его обработка, начиная с подготовки глины для резервуаров, вплоть до их ломки для извлечения соленых кексов, потребовала значительных усилий и навыков при участии нескольких человек.

6. Заключение.

На основании тех сосудов, которые выдержали эксперименты, можно предложить гипотетический сценарий техники брикетажа из подкарпатского халколита, который еще предстоит подтвердить в будущих исследованиях.

Следовательно, возможно, что большое количество рассола, собранного из источников, превращалось в солевую суспензию, имеющую консистенцию каши или поленты (каша из кукурузы). Эту операцию можно было бы выполнять в больших открытых резервуарах из глины или дерева, подвергая осторожному нагреванию (естественному - солнечному или искусственному - рядом с огнем) или кипячению рассола (над огнем или с использованием нагретых камней). Другая операция состояла в формировании и обжиге брикетажных сосудов. Последовательное использование половы (солома, сеченная мелко, мякина) и / или других материалов для закалки может быть связано с повышением устойчивости к тепловому удару, так, чтобы сосуды могли выдерживать повторное воздействие огня.
<13>

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Наша цивилизация. Место зарождения. 02 фев 2019 17:07 #872

В заключение литература и несколько любопытных картинок.


Литература.
<1> Riddiford, N. G., Branch, N. P., Jusseret, S., Olivier, L. and Green, C. P.
Investigating the human -environment relationship of early intensive salt production: a case study from the Upper Seille Valley, Lorraine, northeast France. Journal of Archaeological Science. 2016. Reports, 10. Стр. 390¬-402.
<2> Плиний Старший. Pliny. Natural History. With an English translation in ten volumes. Volume VIII. Libri XXVIII-XXXII. Cambrige, Masachusets. London. MCMLXIII. Стр.432.
<3> Аристотель. Сочинения в четырех томах. Том 3. Вступ. статья и примеч. И.Д. Рожанский. М.: Мысль, 1981.- 613 с. Метеорологика. Перевод Н.В. Брагинской. Стр. 487.
<4> Корнелий Тацит. Сочинения в двух томах. Том I. «Анналы. Малые произведения». Науч.-изд. центр «Ладомир», М., 1993. Издание подготовили А. С. Бобович, Я. М. Боровский, М. Е. Сергеенко. Перевод и комментарий осуществлены А. С. Бобовичем (редакторы переводов — Я. М. Боровский и М. Е. Сергеенко). Общая редакция издания — С. Л. Утченко. Книга 13.
<5> Бирингуччо. Vannoccio Biringucci. Pirotechnia. Courier Corporation, 1990.
<6> Георгий Агрикола. О горном деле и металлургии, в двенадцати книгах. Редакция С. Е. Шухардина. Перевод и примечания Н. А. Гальминаса и А. И. Дробинского. Издание второе. Москва. «Недра». 1986. Стр. 245-250.
<7> Василий Левшин. Словарь коммерческий. Переведен с Французского языка Васильем Левшиным. Часть VI. От С до Т. Статья – Соль. Москва. 1791. Стр. 270.
<8> saline.site/istoriya/662
<9> Johann Carl Leuchs. Allgemeines Erfindungs-Lexikon: oder abc'sche Angabe der Erfindungen, Entdekungen, Gewohnheiten, Verirrungen und Fortschritte, vom Anfange der Welt bis auf unsere Zeiten. V.1. Verlag von C. Leuchs&Comp., 1847. Стр. 425.
<10> Marius Alexianu, Ion Sandu, Roxana-Gabriela Curca. Fire, Brine and Wood: The First Nutritional Supplement in the Inland World. The Mankind Quarterly. Vol. LII, Nos. 3&4. Spring/Summer 2012. Стр. 415-427.
<11> Варрон. Сельское хозяйство. Перевод М. Е. Сергенко. Москва-Ленинград. 1963. Стр. 35.
<12> George Bodi. «Experiments with salt Crystallization». L'exploitation du sel à travers le temps. (eds. Dan Monah, Gheorghe Dumitroaia, Olivier Weller, John Chapman) 2008, Piatra Neamţ. Стр. 89-98.
<13> Felix-Adrian Tencariua, Marius Alexianub, Vasile Cotiugăc, Viorica Vasilacheb, Ion Sandub. Briquetage and salt cakes: an experimental approach of a prehistoric technique. Journal of Archaeological Science 59, (2015). Стр. 118-131.




Небольшое дополнение о получении соли.
В Нижних Странах (Нидерландах) был вот такой абсолютно простой метод получения соли. Картина Даринка Делвена (Darink Delven), XVI век.


Выкапывали приморские торфяники, напоенные морской солью, и затем просто сжигали полученные брикеты торфа. Получали соль, а дальше известная всему миру Голландская сельдь появляется. Увеличенный фрагмент места, где жгут торф.



Более поздняя гравюра, с данной картины.

и двойная мельница для любителей.



Продолжение, виноград и пшеница (полба) тех мест в новой теме.
Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Страница:
  • 1