Может быть, есть об этом хоть что-нибудь и в их сказках и домашних преданиях, особенно в памяти горных пастухов; но слышать такие разсказы еще труднее, нежели песни. Пляска словинов (tä dowhi ples = kolo ), известная у фурланов под именем “штявы” (
la Schiava ), очень похожа на русский хоровод или на сербское “коло”: взявшись за руки кругом, ходят то вправо, то влево, и припевают. Есть еще пляска, в которой мужчины ловят женщин (tä ženski low женщин должно быть вдвое меньше, нежели мужчин, и они составляют малый круг внутри большого мужского; и те и другие ходят кругом, вправо и влево; вдруг женщины разрываются, и каждая старается пробиться из-под рук мужчин; но не может: две руки всегда готовы ее словить; когда уже все женщины переловлены, идут по трое – женщина посередине, а двое мужчин по бокам, мужчины подпрыгивая и напевая веселую песню, женщины повеся голову и напевая другую печальную песню, которая впрочем совершенно гармонирует с веселую. Этот танец особенно пляшется на свадьбах. Музыкальные инструменты: флейта (pištjalka ) и “гусли” (gôslje ), под именем которых иногда понимают скрипку, иногда род мандолины. Волынка (dudy ) и свирель (žweglica ) только у пастухов в горах. Есть и ворганы (brunda ). Другие обыкновенные инструменты заносятся к словинам бродячими музыкантами.
Народная наука словинов оцвечена многими суевериями; тем не менее в ней многое есть, на что бы должна была обратить внимание и ученость. Пастухи искусно угадывают погоду по воздушным явлениям; из стариков и особенно старух есть многие, знающие лекарственную и ядовитую силу множества трав и некоторых минералов; другие умеют нашептывать, магнитизировать, живить водою. Эти тайные знания правда общи всем хорутанскимсловенцам; впрочем нельзя не предположить, что словины знают все это если не лучше, то сколько-нибудь иначе: знахари и знахарки (čarowník , čarowníca ) их считаются искусными у всех соседей, и не об одном и одной разсказывают, что они могут сделать все, что бы ни захотели, и знают, что делается на всех четырех сторонах света...
А между тем грустно глядеть на словинов. Отчужденным от своих одноплеменников, ненавидимым или презираемым своими господами и соседями, фурланами, им тяжело сохранять свой обычай, свою народность; а народ, не сохраняющий народности своей, едва ли может остаться при своих правилах нравственности... Фурланизм все более вторгается в словинские погорья; с ним вместе, как следствие борьбы двух народностей, является и равнодушие ко многому, что прежде было святым и возбуждало в душе святое чувство. – Грустно глядеть на словинов.
Измаил Срезневский
Moskvitjanin''
5/9, 1844
str. 207-224
purl.org/resianica/sreznevskij/1844
