Труды Якинфа (Бичурина)

ОТДЕЛЕНИЕ II. Тхай-цзун Угэдэй.
www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/China/B...ch_chanov/text21.htm
Тхай-цзун Ин-вынь-хуан-ди, по имени Угэдэй, был третий сын Чингис-Ханов. Мать его была вдовствующая Императрица Гуан-сянь, по фамилии Хунгири. В войну Чингис-Хана с царством Нючженским и при покорении Западного края, Угэдэй (В подлиннике, вместо Угэдэй, везде писано: Император Тхай-цзу)

1229.
Первое лето И-чеу. По прибытии в урочище Гурбань-субак, он имел свидание с младшим своим братом Тулэем. Осенью, в осмый месяц, в день И-вэй (Чингис-Хан умер в Сентябре 1227. Угэдэй вступил на ханство в Сентябре же 1229 года. Тулэй регенствовал ровно два года),

 Угэдэй, по завещанию Чингис-Ханову, вступил на Императорский престол, в урочище Куйтын-арал.

теперь будем знать, где у монголов был императорский престол!!!!

Он первый тогда установил придворные церемониалы,
Установил, чтобы Монголы ежегодно платили со ста лошадей одну кобылицу, с рогатого скота и овец со ста по одной голове. Завел хлебные магазины, и учредил почту; для развоза указов.
На Китайцев, обитающих по северную сторону Желтой реки, наложил подать, считая по домам, что препоручил управлению Елюй-чуцая. В Западном краю положил подушный оброк с совершеннолетних мужчин.

желтую реку -- напоминаю Баутисса
токо с Какой стороны перешел
с севера али с юга

И опять пошли в поход на юг и на запад:

1230.
после сего отправил войска обложить город Цзин-чжао. Нючженский Генерал привел вспомогательные войска, но был разбит, и вскоре город взят приступом. Летом Хан уехал от жаров на берега Тамира. 
- оказывается летом воевать в Китае жарко для монголов и их выносливых лошадок!
Осенью, в седьмые месяц, Угэдэй сам повел армию, на юг.  Младший брат его Тулэй и племянник (сын Тулэев) Мункэ следовали за ним С своими войсками. Они приступом взяли Тьхянь-чен-пху и другия крепостцы
 В сем месяце войска осаждали [153] крепости Тхун-гуань и Лань-гуань, но немогли взять. В двенадцатый месяц взяли укрепление Тьхянь-шен-чжай и городки Хань-чен и Пху-чен.

Из Ган-му.
Весною, в первый месяц, Монголы вступили царства Гинь в местечко Да-чан-юань. Царства Гинь Генерал Ира-буха разбил их, и обложение города Цин-ян снято.
В начале, когда Монгольский Тхай-цзу воевал Западный край, 
Монгольский Государь, вступил с младшим братом Тулаем в Шень-си с армиею; между городами: Фын-сян, Цзин-чжао, Тхун-чжеу и Хуа-чжеу, он разбил около шестидесяти горных укреплений и окопов. 

1231. (продолжается война в Китае!)
Синь-мао, третие дето. Осенью, во вторый месяц, Хан взял Фын-сян, Ло-ян и Хэ-чжун. Летом, в пятый месяц, уехал от жаров в урочище Цзю-ши-цзю-цюань. Тулэю приказал итти с войском на Бао-цзи, а Чобуганя отправил в Южный [157] Китай испросить пропуск войскам чрез его земли. Но Двор Сун убил сего посланника. Хан вторично отправил Ли-го-чан требовать от Двора Сун съестных запасов.
И снова в Корее
Как в сем году Корейцы убили посланника, то для усмирения их послано войско под предводительством Салитая, который взял около сорока городов. Корейский Король Гань прислал младшего брата, с предложением своей покорности. Салитай, именем Хана, постановил чиновников для управления сею страною и возвратился.

И снова десятки взятых городов

Монгольский Тулэй, отделившись с 3000 конницы, вступил в Да-сань-гуань, разбил Фын-чжеу, прошел на южную сторону горы Хуа-шань, вырубил Ян-чжеу (Ян-сянь в Хань-чжун-фу), осадил Ву-сю, просек низкие горы, прочистил голые утесы, и вышел на юго-восточной стороне города Ву-сю. После сего обложил Син-юань. Войска и жители разбежались и несколько сот тысяч погибло в песках. Корпус, отделенный на Запад, пошед другою дорогою, вступил в Мянь-чжеу, взял Да-ань-цзюнь, проложил проход чрез гору Юй-бе-шань, разбил домы для плотов и переправившись чрез Цзя-лин-цзян, вступил в Гуань-пху; отселе пошел на Цзя-мын, опустошил земли до уезда Си-шуй-сянь, взял сто сорок городов и укрепленных мест, и возвратился. Восточный корпус, стоявший между городами Син-юань и Ян-чжеу, пошел на Жао-фын-гуань.

И о тягостях войны на юге и в Корее!!!!

Монголы воюют с Гаоли.
По обнаружившемуся делу, что Корейцы убили посланника.
Тулэй осадил, а потом вступил в Жао-Фын-гуан; отселе чрез Гинь-чжеу, поворотив на восток, хотел итти в Бянь-цзин. Жители деревень все ушли в города и укрепленные места. Нючженский Государь позвал Министров и чинов [165] прокурорского приказа на совет, в котором все единогласно говорили: «Северная армия, пустившись на опасности отдаленнейшего пути, уже по прошествии двух лет вступила в Ву-сю. Она изнурена до чрезвычайности; что касается до нас, надлежит расставить войска в Суй-чжеу, Чжен-чжеу, Чан-ву, Гуй-дэ и в уездах около столицы, и поручить Генералам защищение городов: Ло-ян, Тхун-гуань и Хуай-мын. В столице запасти большое количество хлеба, а жителям страны Хэ-нань велеть укрепиться в полях, чтобы неприятели, желая нападать немогли, а желая сражаться неимели случая. Как скоро армия ослабеет духом и съестные запасы кончатся, то без нападения сами обратно пойдут». Нючженский Государь, глубоко вздохнув, сказал: «Уже 20 лет, как мы переправились на юг. Подданные лишились полей и домов, продали жен и детей, чтобы доставлять содержание войскам. Ныне неприятель пришел, и мы неможем дать сражения. Тщетно принимаем оборонительное положение. Столица, хотя и существует, но несоставляет царства.
Позже!

- оказывается для снабжения армии нужны припасы хлеба!!!! а нам сказки рассказывают, что монгольские лошади ели траву, добывая её в том числе из-под снега, а монголы ели лошадей? и всё было хорошо! И так они совершали свои много тысяче километровые походы, не нуждаясь ни в чём! Ан? нет без хлеба — никак!

1232. и в этом году всё те же знакомые места и города!
Четвертое лето, Жинь-чень. Весною, в первый месяц, в день Сюй-цзы, Хан из Бай-пхо переправился за Желтую реку. В день Гын-инь (на третий день по переправе) Тулэй, переправившись за реку Хань-цзян, прислал нарочного к Хану, с донесением, и немедленно предписал корпусам двинуться в поход. В день Цзя-ву (в четвертый по переправе чрез Хань-цзян) остановились в округе Чжен-чжеу. Нючженского города Фань-чен Коммендант Ма-бо-цзян покорился, и оставлен при той же должности. В день Бин-шен (в третий после остановки) шел большой снег, в день Дин-ю также шел снег. Остановились при городе Синь-чжен. В сей день Тулэй вступил в сражение с Нючженским войском в области Цзюнь-чжеу у горы Сань-фын и, совершенно разбив оное, взял в плен главнокомандующего Фын-алу. В день Сюй-жун (на другой день сражения) Хан приехал к горе Сань-фын. В день [170] Жень-инь (в пятый по прибытии) осадили и взяли город Цзюнь-чжеу, и полонили Генерала Хаду; потом по порядку завоевали четырнадцать других окружных городов, как-то: Шань-чжеу, Го-чжеу, Сун-чжеу, Жу-чжеу, Шань-чжеу, Ло-чжеу, Сюй-чжеу, Чжень-чжеу, Чень-чжеу, Бо-чжеу, Ин-чжеу, Шеу-чжеу, Суй-чжеу и Юн-чжеу.

И снова Корея отвалилась

Корейский Король, отложившись, убил постановленных там чиновников, и перенес Двор на остров Цзянь-хуа-дао. Осенью, в седмый месяц, послан Тхан-цин к Нючженскому Двору, с предложением, чтобы он покорился: но там убили сего посла. В осмый месяц Салитай опять пошел воевать Корею, и, будучи ранен стрелою, скончался. Нючженский Министр Ваньянь-силинь и Князь Вушань пришли на помощь Южной столице, но были разбиты.

И снова монголы сражаются с Нючженской армией на Жёлтой реке!!!!!

Два Нючженские полководца шли из Дынь-чжеу на помощь сей столице. Они вели 150 тысяч пехоты и конницы; Монголы в 3 тысяч конницы шли по пятам их. Хада, советуясь с прочими, сказал: «Неприятельский отряд состоит только из 3 тысяч, а мы медлим сразиться. Это знак слабости». Когда Нючженская армия пришла к реке Ша-хэ в области Цзюнь-чжеу, Монгольские войска без сражения отступили.
Государь в Чжен-чжеу, получив известие, что Тулой сражается с Нючженским войском, послал к нему Генералов Хонь-буху и Цилагуня: но когда они прибыли, то армия [176]Нючженская была уже рассеяна; 

Баллисты или пушки? Есть замечательное место, которое позволяет понять выдумку про изобретение пушек китайцами в 13 веке (1232 год)? Понять уровень развитие техники и вооружений в монгольской и китайской армии

В третий месяц Монголы, обложили Ло-ян. Царства Гинь объездный Генерал Цян-шень, упорно сражаясь, отразил их.
Когда Монголы, установив балисты, начали осаждать Ло-ян, 
 Когда недостало оружия, то употребляли деньги вместо железков к стрелам; каждую Монгольскую стрелу разрезывали на четверо, и стреляли посредством плетей или трубок. Еще построили отбойные машины, из которых несколько человек могли метать большие каменья далее ста шагов, и при каждом разе попадали в цель.

 В столице строили балисты во дворце. Ядра были сделаны совершенно круглые, весом около (Китайского) фунта; а камни для них брали из горы Гын-ио
Балисты, употребляемые Монголами, были другого вида. Они разбивали жерновые камни или каменные катки на два и на [185] три куска, и в таком виде употребляли их. Балисты были строены из бамбука, и на каждом углу стены городской поставлено их было до ста. Стреляли из верхних и нижних попеременно, и ни днем, ни ночью непереставали. 

Вот здесь коментатор-переводчик-редактор от себя добавил слово пушки, но...

Монгольские войска употребили огненные балисты (Пушки) и где был сделан удар, там по горячести неможно было вдруг помогать. 

Но далее даётся разъяснение что такое огненные баллисты:

В сие время Нючженцы имели огненные балисты, которые поражали, подобно грому небесному. Для сего брали чугунные горшки, наполняли порохом, и зажигали огнем. Сии горшки назывались чжень-тьхянь-лэй (т. е. потрясающий небо гром). Когда балиста ударит и огонь вспыхнет, то звук уподоблялся грому, и слышен был почти за 120 ли. Сии горшки сожигали на пространстве 120 футов в окружности, и огненными искрами пробивали железную броню.

Из чего становится понятно, что это ещё не пушки, но балисты, стреляющие огненными зарядами! При чём идея использовать чугунки — чугунные горшки не представляется разумной и эффективной, поскольку чугунки — очень даже трудная отливка, тонкостенная и жаропрочная из жаропрочного, фосфористого чугуна! И скорее уж лучше использовать глиняный горшок для стрельбы горючим зарядом, поскольку главная цель такого заряда - не поражение осколками, но поджигание крепости!
Одним словом имеем здесь фантазию переводчика по поводу пушек в 13 веке у монголов или Нючженцев!

Есть замечательное место, которое позволяет понять выдумку про изобретение пушек китайцами в 13 веке

Вот эти-то частицы, что огнем
Насыщены подспудным, нам достать
Потребно из глубоких, мрачных недр,
Забить потуже в длинные стволы,
Округлые и полные, поджечь
С отверстия другого, и тогда,
От малой искры, вещество частиц,
Мгновенно вспыхнув и загрохотав,
Расширится и, развивая мощь
Огромную, метнет издалека
Снаряды, полные такого зла,
Что, все сметая на своем пути,
Повергнут недругов и разорвут
На клочья. Померещится врагам
Испуганным, что нами грозный гром
Похищен у Того, Кто им владел
Единственно. Недолгим будет труд
И пред рассветом завершен сполна.
Итак, мужайтесь, поборите страх.
Способен все препоны одолеть
Союз ума и силы. Нет причин,
Соратники, в отчаянье впадать!"

Он смолк. Приободрила эта речь
Отвагу ослабелую и вновь
Надежды угасавшие зажгла.
Дивился каждый помыслу Вождя,
Равно тому, что не придумал сам
Подобный способ; многим бы казался
Он прежде невозможным, но теперь
Сочтен разумным. Может быть, Адам,
Из твоего потомства, кто-нибудь,
Когда в грядущем злоба возрастет,
По наущенью Дьявола создаст
Такое же орудье, на беду
И муку человеческим сынам
Греховным, жаждущим кровавых войн
И обоюдного братоубийства.
Покинув сходку, все к труду спешат,
Никто не медлит, рук не сосчитать,
Готовых действовать. В единый миг
Разрыта почва Неба до глубин
Безмерных; там увидели они
Незрелые зачатки правеществ
Природных; пену серную нашли,
Селитряную пену, и, смешав,
Хитро сгустили, высушили смесь,
И, в черное преобразив зерно,
Нагромоздили целые холмы.
Другие вскрыли залежи руды
(Здесь, на Земле, такие точно есть)
И жилы минералов и камней,
Чтоб громовержущие отковать
Махины и отлить запасы ядр
Губительных; а третьи - тростники
Горючие срезают - страшный злак,
От искры вспыхивающий мгновенно.
Так, в тайне величайшей, до зари
Работа завершилась. Только Ночь
Была свидетельницей. В тишине
Они опять порядок навели,
Ни в чем не заподозрены никем.