Славянский сборник Н.В. Савельева-Ростиславича.

Прошло 10 лѣтъ, и вотъ юная историческая школа представляет шлёцеріанамъ уже не брошюрку, не статью, а цѣлый томъ въ семьсот страницъ с 1500 примѣчаній - основный вопросъ разрѣшен на жизнь и смерть, ибо доказывается :

1 ) что система Скандинавского производства Варяжской Руси, возникшая в веке Бирона, была плодом обстоятельств своего времени, а не древнимъ вѣрованіемъ Русскаго народа;

2) что Байеръ основал ее, по незнанію Русскаго языка, наперекор ясному свидѣтельству Преп. Нестора, только на созвучіяхъ и на превратном толкованіи Византійцевъ, которыхъ не понимал, по незнанію Этнографіи Славянскаго міра, - въ слѣдствіе чего и всѣ байеріане были вынуждены поддерживать гипотезу своего учителя также односторонними доказательствами, въ основаніи которыхъ лежало то же самое сходство созвучій, а не прямой смысл Несторовой лѣтописи ( 597 );

3) что Миллер и Струбе, хотя и остались учениками Байера относительно Скандинавскаго произхожденія Руссовъ, однакожь считали необходимымъ измѣнить Байерово мнѣніе, пересадкою ихъ въ Пруссію на устье Вислы или въ Ботническую Лапонію, и тем безмолвно признали неосновательность системы своего учителя;

4) что Шлёцеръ принял (въ молодости) и поддерживал Байерову систему единственно по малому знакомству с древнею Русью и Славянщиною вообще, а еще болѣе - по Рейнскому патріотизму, усиленному враждою съ Ломоносовымъ; но не считал этой гипотезы истинною неопровержимою. Онъ писалъ только: «хотя многіе таютъ отмѣнно вѣроятным, что Руссы означают Шведовъ, но если они и обманываются , то не за что еще считать их государственными преступниками ( 528 );

5) что впослѣдствіи, когда поутих пыл самолюбія, раздраженного ссорою с Ломоносовым, Шлёцер совсем уже иначе судил о делах Славянщины; изучив предмет основательнее, он дал следующія важныя признания:

І. «восточная часть Германии , с давнейших времен , то есть сколько нам известно из Истории, была населена Славянами»,
II. «въ Мекленбурге, Помераніи, Лаузице и проч. никогда не было Немцев прежде Ободритов, Поморян, Сорбов, там живших, следовательно старожилов своей земли»;
ІІІ. «великие успехи, делаемые теперь изучением Славянской Истории, скоро совсем истребят всеобщее мнение будто бы сии Германскіе Славяне пришли тогда, когда вышли настоящие Нѣмцы, будто бы жившие до - того в их землях! ( 529 )
IV. «Руссия при Рюрике является на севере настоящею правильною державою ( 530 ) ,
V. «Рюрикъ, Олег, Ольга и Владимір заслуживают названия славных, имев на участь нашей земли важнейшее и благотворнейшее влияние» ( 551 ) ;

6) что этими положеніями низпровергаются всѣ соФизмы, порожденные теорією Байеро-Шлёцеровской школы: если Русь при Рюрикѣ была уже правильною державою, то ясно, что Русскіе Славяне не были и до Рюрика дикарями, полу-человѣками, забытыми отъ Отца человѣчества; если Нѣмцы никогда не жили въ Восточной Германіи прежде Славянъ, которые обитали тамъ съ отдаленнѣйшей древности, то ясно, что Восточные Германы разрушители Рима , были не кто другіе, какъ Германскіе Славяне, исконные обитатели Восточной Германін ; если же, самъ Шлёцеръ находилъ очень невѣроятнымъ , чтобы многочисленные народы пропали съ лица земли ( 53 ясно, что и Тунмано-Энгелевская теорія Нѣмецкаго, Татарскаго и Финскаго произхожденія разныхъ народовъ, разрушившихъ Римъ, но вслѣдъ за тѣмъ исчезнувшихъ будто бы съ лица земли для того , чтобы уступить свое мѣсто Славянамъ, основывается на какомъ нибудь взаимномъ недоумѣніи между нами и писателями среднихъ вѣковъ; свою, -

то
7) что Карамзинъ, хотя и уступилъ большинству, хотя и объявилъ Варяговъ Скандинавами, однакожь не отказалъ въ вѣроятности и другому мнѣнію , о выходѣ ихъ изъ Пруссіи. Стараясь сблизить обѣ гипотезы, онъ составилъ - и во всякомъ случаѣ, мнѣнія Карамзина относительно Варяжской Руси, относительно старобытности Славянъ по Днѣпру и Волхову, относительно нашего народнаго имени, и вообще относительно характера всей шей древности, гораздо основательнѣе мнѣній Байеровыхъ и Шлёцеровыхъ;

что согласіе съ Байеромъ Карамзина было вынуждено обстоятельствами и необходимостью посылать тексты 1-го тома «Исторіи Государства Россійскаго» на просмотръ къ Шлёцеру, почитавшемуся немерцающимъ свѣтиломъ Русскихъ Древностей: но, между тѣмъ, личныя миѣнія Карамзина сближались съ Ломоносовскими;

9) что Карамзинъ былъ правъ, укоряя Байера въ томъ, что «уважалъ сходство именъ недостойное замѣчанія и худо зналъ Географію» ( 555 ) , Миллера —въ томъ, что «съ важностію повторилъ въ академической рѣчи сказки» ( 554 ), а Шлёцера въ томъ, что у него « народы падаютъ съ неба и скрываются въ землю какъ мертвецы по сказкамъ суевѣрія» ( 555 ) ;

10) что Карамзинъ, однакожь , зналъ Исторію Ломоносова только по выпискамъ Шлёцеровымъ; Шлёцеръ же по личной враждѣ умышленно соединилъ въ одно и мнѣніе Степенной книги и Ломоносовское, а тѣмъ ввелъ въ ошибку славнаго Исторіографа, который-думая опровергать мнѣніе Ломоносова-своими возраженіями только поддержалъ и подкрѣпилъ его гипотезу ;

11) что и всѣ послѣдующіе писатели, толкуя о Ломоносовѣ и его мнѣніяхъ, знали ихъ только по выпискамъ Шлёцера же, и потому такъ неуважительно отзывались о безсмертномъ Русскомъ писателѣ, которому принадлежитъ по праву имя не только перваго Русскаго Витіи , перваго Русскаго Поэта, перваго Русскаго Физика, перваго Русскаго Химика, но и перваго Русскаго ученаго Историка, раньше всѣхъ постигшаго истинныя начала исторической критики;

12) что эти раціональныя начала Исторической криТИКИ сами собою проявились у Венелина , непонятаго и неоцѣненнаго современниками, котораго заслуги начинаетъ сознавать только уже нынѣшнее поколѣніе. И хотя Венелинъ не успѣлъ совершить преобразованія Исторіи, однако важно и начало, именно: во I-хъ обнаруженіе основной ошибки прежнихъ писателей , которые не знали, что у Византійцевъ подъ именемъ Sclavi, Sclavini разумѣлись только одни Словенцы, донынѣ живущіе на Дунаѣ, а отнюдь не всѣ племена Славянскія, и потому смѣшали понятіе рода и вида, принявши часть за цѣлое ; во вторыхъ-раскрытіе ложности гипотезы Дегиня о Гуннахъ, и объясненіе ихъ исторіи въ періодъ непобѣдимаго Атилы ; наконецъ въ третьихъ-подробный разборъ диссертаціи Байера о Варягахъ;

13) что благоразумнѣйшіе изъ противниковъ уже старались сблизить систему Венелина съ своими личными мнѣніями, на примѣръ—покойный Михаилъ Трофимовичь Каченовскій, который отказался отъ мысли о Турецкомъ произхожденіи Руссовъ, и призналъ ихъ племенемъ Славянскимъ, разселившимся изъ-за Карпатовъ ( 536 ) , хотя и не могшій рѣшиться признать Славянами древнихъ обителей Руси, извѣстныхъ у Грековъ подъ именемъ Скиѳовъ Гунновъ и проч; —П. Г. Бутковъ, который призналъ Славянство Болгаръ и древнюю гражданственность нашихъ предковъ, старобытность Славянъ въ западной и южной Руси, и старобытность Руссовъ на Днѣпрѣ, хотя еще выдаетъ этихъ Руссовъ за Финновъ или Чудь, а Варяжскихъ Руссовъ за Лапонскихъ Скандинавовъ; —А. Д. Чертковъ, который признаетъ , древнюю гражданственность Славянъ, хотя и вѣруетъ въ Скандинавизмъ Варяговъ; --О. И. Сенковскій, который отрекся отъ Азіатскаго происхожденія Гунновъ, хотя и придаетъ имъ (очень неудачно) произхожденіе Финское, признаетъ у Славянъ развитіе гражданственности въ VIII вѣкѣ, и проч.

14) что историческіе труды писателей , возставшихъ, на защиту Скандинавоманіи, заключаютъ въ себѣ только безчисленныя противорѣчія другъ другу , противорѣчія самому себѣ , противорѣчіе здравомыслящей Филолог іи противорѣчія всѣмъ условіямъ Исторической Логики и Критической Догматики, въ слѣдствіе смѣшенія настоящихъ источниковъ историческихъ съ баснями, или выражаясь пошлёцеровски -Скандинавскими бреднями (сагами) ;

15) что укоризны ихъ Карамзину, зачѣмъ онъ придалъ Варяжскому періоду характеръ Славянскій а не Скандинавскій, проистекаютъ отъ незнанія дѣла, да и большая часть ихъ обвиненій основывается на умышленномъ искаженій словъ и мнѣній исторіографа ( 534 ) , который потому пилъ отъ гипотезъ Байера, Миллера и Шлёцера, что былъ несравненно умнѣе, разсудительнѣе и ученѣе всѣхъ СканДинавомановъ;

16) что Байеро-Шлёцерово ученіе о Скандинавскомъ произхожденіи Руссовъ и позднемъ населеніи нашей страны Славянами, и Тунмано-Энгелевское ученіе о татарскомъ произхожденіи Болгаръ и прочихъ обитателей древней Руси пѣтъ никакой возможности согласить съ здравымъ развѣ допустить множество произвольныхъ гипотезъ, свидѣтельствомъ чему служать « Славянскія древности» Шафарика, могшаго сдѣлать въ-десятеро болѣе, ес ли бъ не вдался въ теоре-манію, Скандинавоманію, Тевтономанію, Финноманію и Татароманію, а потому, не смотря на частныя достоинства и удачныя объясненія иныхъ частныхъ вопросовѣ, не объяснившаго цѣлаго Славянскихъ Древностей-именно оттого, что хотѣлъ помирить помощію гипотезъ Байеро-Шлёцерово и Тунмано - Энгелево ученіе съ противоположными свидѣтельствами Греческихъ и Римскихъ писателей;

17) что, слѣдственно, пора уже сообразить всѣ мнѣнія въ горнилѣ исторической критики , и — не полагая ни одного изъ прежнихъ одностороннихъ ученій въ основаніе-воспользоваться однакожь всѣмъ, что есть истиннаго въ каждомъ изъ нихъ: у Шлёцера, у Тунмана, даже у гна Крузе; съ другой стороны - у Эверса и его послѣдователей, учениковъ скептической школы Каченовскаго; съ третьей—у писателей, составляющихъ переходъ къ нынѣшнему ученію, именно-у Карамзина, Руссова, Буткова, Черткова, Шафарика; и наконецъ—съ четвертой, у писателей, хотя и прямо возставшихъ на защиту Славянства, но увлекшихся частвыми своими гипотезами : Вельтмана , Макарова, Морошкина, Максимовича, Кирѣевскаго ( 538 );

18) но, чтобы узнать и отличить истину, необходимо бросить прежнюю систему, основаннуюю только на сходствѣ созвучій, и вывесть новыя основанія исторической критики, призвавъ на помощь здравую логику, принимая въ разсчетъ логическую возможность событій, естественность основанную на примѣрахъ прошедшаго, и возникающія отсюда неизмѣнныя отношенія между историческими явленіями, давними и недавними ; путь же изслѣдованій, разумѣется, долженъ былъ математическій, объясняющій неизвѣстное извѣстнымъ : тогда и выводы будуть математически вѣрны. Послѣ того , когда выводъ исторической логики уже оправдается свидѣтельствами древнихъ, для большей полноты призвать и филологію, которая такимъ образомъ должна занять третье-степенное мѣсто,-потому что «сходство звуковъ можетъ подкрѣплять Историческія положенія , но не можетъ доказывать ихъ» , какъ утверждалъ благоразумный Эверсъ;

19) что необходимо, послѣ того, заново переизслѣдовать всѣ свидѣтельства, оставленныя древними, обративъ особенное вниманіе на древность нашихъ единоплеменниковъ , Германскихъ Славянъ и Балканскихъ; тогда раскроется, что древніе знали большую часть ихъ названій: мѣстныхъ, племенныхъ и прозвищныхъ; одни изъ этихъ названій сохранены въ настоящемъ видѣ, передѣланныя на иностранный ладъ очень немного, другія же-имѣющія смыслъ персведены и уцѣлѣли въ переводахъ на Греческій языкъ, Латинскій, древне-Нѣмецкій, Кельтскій, смотря потому, среди какого племени жилъ писатель, или чрезъ посредство кого получалъ свѣденія; 

20) что, послѣ того, явится возможность возсоздать всю Древнюю Географію Тевтонскаго и Славянскаго міра; но для этого необходимо приложить къ Географіи новыя основанія Исторической Критики обративъ особенное вниманіе не на Политическія государственныя границы, а на Этнографическіе предѣлы племенъ, принимаемые за величину почти постоянную. Дѣйствительно, въ слѣдствіе нашествій иноплеменниковъ и поселенія ихъ на покоренной землѣ, Политическая граница измѣняется, а Этнографическая остается почти-та же; переходя подъ власть чуждаго правительства, область получаетъ новыхъ жителей, но прежніе (если только осѣдлы) остаются на своихъ мѣстахъ. Такимъ образомъ измѣненіе Этнографическаго предѣла произходитъ лишь на границѣ, которая отъ сильнаго прилива чужеплеменниковъ можетъ иногда утратить свою народность; но это вліяніе чуждой власти постепенно ослабѣваетъ, по мѣрѣ удаленія отъ центра;

21) что, слѣдственно, тутъ уже надобно главнѣе всего надо -принять въ соображеніе мѣстность, разсужденіе о которой должно зависѣть отъ математической истины: Двѣ величины, равныя порознь одной третьей, равны мѣжду собою.

Если, напримѣръ, страну А занимаетъ племя В, между тѣмъ какъ по другому лѣтописцу тамъ живетъ племя С, по третьему D, по четвертому Е, то ясно, что AА=BВ,, АA=CС,, A=D, A=E, или AB=C=D=E, откуда критическій географъ вправѣ заключить: В, или С, или D, или Е, не смотря на все различіе звуковъ, есть одно и тоже племя, живущее на землѣ А ; или еще точнѣе: все это разныя названія одного и того же племени. Примѣняя все это къ древней географіи , относительно Славянскаго міра, найдемъ:

I. въ сосѣдствѣ съ Литвою и нашею Русью , начиная отъ Вислы и къ Одрѣ, всегда жили Поляки подъ разными мѣстными именами: Полянъ Bulanes, Georgi , Вартинцевъ Wartones, Обровъ Ombri, Олѣсинцевъ Olysir, Elysii, Слезоцовъ или Силезцевъ Silingae, Нурянъ или Нураловъ Nurali, Naharvali, и проч. По сходству значенія и звуковъ , этихъ Полянъ Ляховъ, занимавшихъ обширныя луга ( поля), иноземцы часто покрывали именемъ Лугарей, Луговъ (Lugii Lygii) , принадлежавшимъ собственно ихъ сосѣдамъ , Прибалтійскимъ Сербамъ;

ІІ. великій Кутъ (уголъ) , образуемый Лабою и Одрою или Рудою, всегда Занимали племена Великихъ или Бѣлыхъ Сербовъ, Прибалтійская Сербь, также подъ многими мѣстными именами: Велеты Weltae , Древяне или Боряне Borii, Burii, Варны Warini, Пѣняне Pien-gitae Яболочане Наvelconii ( но выговору Нѣмцевъ, у которыхъ, Ябола, Habola, названа Havel), Луги Lygii, Lugii , Рудины Rudigni, а при извивистомъ устьѣ Руды или Звивы—Звивине Svevi; общее для всѣхъ мѣстное имя Кутинцы Gutones, Kotensii, позднѣе Gothi, и Поморяне въ Нѣм. пер. Wandali, Wenedi; общее племенное: Сербы Servi, Servitii, Cervetii , Chervsci; частныя племенныя: Яры, Arii, или Руйи Rugii, иначе Рулне Rugiani, Варяги Wargiones, Рудинскіе Раряги Var-rudeni, Славяне- Русь въ перев. Ruti-clii . Прозвищныя имена этой прибалтійской Велетской Серби: у сосѣднихъ Англо-Саксовъ Бородачи или Длиннобородые Lang-bardi,-а у сосѣднихъ Славянъ : Франконскихъ за-Лабою, Чехо- Волоховъ на югѣ и у Поляковъ на востокѣ , Вильки-Лютики, Vilzi -Lutici, есть : волки лютые , въ Нѣмецкомъ переводѣ АнглоСаксовъ Wagri;

III. на юг от этой Велетской Серби искони жили Чехи Zigi, Sigi, Ziginni , Siginni ; их народныя мѣстныя имена также извѣстны были древним , как -то: Моравы в Нѣмецком переводѣ Marcomanni , Гораки въ Нѣм . пер Hermunduri , Полѣсяне въ Кельтскомъ Quadi , равно и прозвищное названіе этого боеваго народа , Бойи , Вой , распространенное потом на Сербов , на Франков и на западных иноплеменников Тевтонских или Швабов ;

IV. на юго-западъ от Чехох, всегда обитали Словене, раздѣлившіеся (по переходѣ за-Дунай) на Словаков (в сосѣдствѣ Чешскаго племени) и Словенцев (между Адріатикой и Дунаемъ) . Общее ихъ племенное названіе Словене, по греческому выговору Sclavini, Sclavi, въ греческом переводѣ Rheti; мѣстныя имена : Норійцы Norici, Краинцы Carni, Cranci, Жупаняры Paniari, иначе Жупанцы Pannones, Истряне или Истрійцы Istrii , Еенетяне Veneli, Далматы , Dalmatae ; частныя мѣстныя названія: Колпинцы Colapini , Брайцы Breuci , Савацы Savaci , Варадчане Varciani , Озеряты Oseriates , Подравляне Ambidravi, Горяне, Горенцы, Горутанцы, Hercuniates, Салійцы Sali, Zali, AsaliОравцы Aravici, иначе Оравскій Язык (народ) переселенный, в полу-греческомъ переводѣ Jazyges-Metanastae. Собственно Горскую Словенію ( Rhetia) населяли въ Альпахъ слѣдующія племена: Липинцы Lepontii, Вининцы, Винонцы, Vennones, Агновцы, Genavni, Дрвентяне или Трвентяне, Trventini , Trientini, Tridentini , Заренцы, Sarventes, Бревненцы, Brevni, Бросквинцы Brescvintes, Brexintes. Общее мѣстное ихъ названіе Головиты , по другому нарѣчію Гелевиты, Гельвиты ( подобно какъ Волоты и Велеты) измѣнено Римскими писателями въ Helvetii , а в насмѣшку Galli (пѣтухи). —Это имя , распространенное как на собственно Кельтовъ, так и на Словенских обитателей гор (высоких гор, поросших лѣсом) ( 539 ) покрывало у Римскихъ писателей и землю ближайших к Италіи Словен, которую звали Итальянцы Gallia cis-Alpina (пѣтушья земля Пред-Алпійская), в отличіе от Кельтики, которую называли Gallia trans-Alpina (пѣтушья земля За-Альпійская). Пред-Альпійская же Словенія , въ сочиненіях Римских географов, раздѣлялась рѣкою Падом на Пред-Паданскую (cis-padana) и За-Паданскую (transpadana): тут жили отчасти между Славянами Кельты , так точно как в самой Кельтикѣ обитали многіе Славянскіе поселенцы.  По свидѣтельству древних , эти Rheti (Словене) извѣстны были у Латинских племен под именем Etrusci, а у Греков сохранилось даже частное племенное имя этой Словенской Руси: Резіяне, Rhasenae;

V. на запад от Велетскаго Кута Сербов, земли Чехов и до страны Словенской, по границ Тевтонских или Нѣмецких племен (Nemetes, Teutones, Teutcheri) простиралась Франконская Славія, Windelicia, как ее называли Римляне и Нѣмцы (донынѣ еще называющіе именем Winden только одних Славян) ; тут являются Бреганцы Brigantii, Лехиты Licates, Бойи Bоіі и проч.